— Иен, почему именно вы легли в капсулу?
Долговязый механик оторвался от сухофруктов в меде — моей лепты к общему столу — и произнёс несколько виноватым тоном:
— Капитан Педерсен с частью команды ушли исследовать континент и долго не возвращались. Они в итоге вообще не вернулись, насколько я знаю. Я остался один с филиппинцами, и решил возложить эту ношу на себя. Только мне это было по силам.
— Тут вообще что-нибудь изменилось с тех пор, как вы тут…наблюдаете?
— Ну, прежде всего, появились люди! Эррии говорят, что пришли из глубины континента и поселились у берега, поскольку климат тут мягче, а продовольствия больше. Я научил их ловить сельдь сетями, и, главное — правильно хранить ее. Во время нереста трески и сельди тут бывает огромное количество белух! Выходишь на берег, а море все белое от их спин. Природа изумительна, Констанс, когда человек в нее не лезет.
— Когда они пришли?
— Эррии? Наверное, лет 400 тому назад.
— А климат? Он менялся?
— Мне трудно судить. Я всегда выходил в разное время года. Похоже, стало теплее. Но, конечно, не настолько тепло, чтобы пальмы могли выжить, — усмехнулся он.
— Местные, мне показалось, что они…
— Да, они чернокожие. Раньше были совсем афротип, а сейчас почему-то сильно побледнели.
Действительно, представители народа эрриев выглядели странно — черты лица были явно негроидные, с толстыми губами и курчавыми волосами, а вот кожа у них была светло-смуглой. Как будто африканцев выдержали в отбеливателе. Вероятно, местные туманы не способствуют сохранению черной кожи.
— Они достаточно снабжают вас, Иен? Может быть, вы в чем-то нуждаетесь?
— О, конечно я много в чем нуждаюсь. Зубная паста. Бритва из хорошей стали. Мыло. Бензопила. У вас есть бензопила, Констанс?
— Нет, конечно. Могу оставить вам пару рабов, сделают все, что вы скажете. Правда, по английски ни бум-бум.
— О нет, спасибо. Обойдусь!
Потом Иен показал мне окрестности. Мы прошли на вершину его горы, откуда было видно туманное море со стаями птиц над ним. Они то и дело ныряли в седые, покрытые пеной волны.
— Сельдь идет на нерест. Чайки и альбатросы просто сходят с ума в это время.
— Сельдь? У вас есть соленая сельдь? Да вы чертов везунчик, Иен!
— Рыба самых разных пород, треска, скумбрия, семга, сельдь, но только, увы, не соленая. Соли у нас нет.
— О, ни слова больше! Сразу же пришлю вам бочку соли, а в ответ ожидаю бочку селедки!
— Спасибо. Но я уже много лет не ем соль. И в нашем мире старался ее не употреблять — соевый соус, лимонный сок, но без соли!
— К сожалению, ни сои, ни лимонов у нас нет. Пока нет. Как появятся — я вам пришлю. Но, все-таки, насчет соли. Как вы думаете, эррии брали бы её? Думаю, мы могли бы ее привозить в обмен на шкуры.