Мужчина судорожно сглотнул, его кадык дернулся.
— Да я домой приехал, товарищи! Изголодался по дому, к жене спешил! Я целый месяц был в санатории, понимаете? У меня путевка от профкома была, официальная! У меня ведь профессиональное заболевание, легкие от литейной пыли сдают, я каждый год езжу в санаторий лечиться! А тут ваши как выскочат, двери рвут, пушками машут!
Тяжелая дверь кабинета убойного отдела отворилась, впустив внутрь ледяной сквозняк из коридора и двоих патрульных. Между ними, зябко вжимая голову в плечи, шла молодая тоненькая девушка. На вид - совсем девчонка: простенькое болоньевое пальто намокло от измороси, на ногах — растоптанные туфли в грязи, а из-под наспех повязанного косыночкой платка выбивались мокрые прядки.
Она вся тряслась мелкой, неуправляемой дрожью — то ли от сырого октябрьского холода, то ли от пережитого на пустыре ужаса. Но стоило патрульным завести её в коридор убойного отдела, как произошло непредвиденное. У дверей дежурной части конвой как раз выводил Рогова к телефону. В коридоре она увидела задержанного и сильно испугалась — девушка судорожно вскрикнула, отпрянула назад, едва не сбив с ног патрульного, и затравленно забилась в угол, закрывая лицо руками.
— Тихо, тихо, не бойся, — Ильин шагнул навстречу, бережно, но настойчиво перехватил её за плечи и завел в тридцать второй кабинет. — Этот мужик в наручниках тебе ничего не сделает. Ты в безопасности. Садись.
Костя пододвинул ей стул прямо к теплой электрической плитке, где всё ещё остывала алюминиевая турка. Яна Корсакова плавно подошла ближе, протянула девушке стакан горячего чая с малиновым вареньем тети Зои.
— Выпей, — тихо произнесла Яна. — Согрейся. Как тебя зовут?
— Тамара... — едва слышно, стуча зубами о край гранёного стакана, выдохнула девушка. Она сделала жадный глоток, и на её бледных щеках проступил робкий румянец.
— Рассказывай, Тамара. Как все было на дороге у лесополосы. Этот мужчина на «Москвиче»... Рогов... он нападал на тебя? Гнался?
— Нет... — Тамара судорожно шмыгнула носом, качая головой. — Он... он не гнался. Машина его медленно так ехала, фары не горели, только подфарники тусклые в тумане. Он остановился, дверцу открыл и вежливо так говорит: «Садитесь, подвезу». А я... Господи, товарищ капитан, я испугалась и в кусты!
Она снова всхлипнула, пряча лицо в ладонях.
— Девчонки шепчутся, в городе только об этом и речь, что Кукловод этот девиц убивает и в кукольные платья наряжает. Я туман этот увидела, машину темную, мужика в пальто... испугалась до смерти! Подумала, что это сам убийца за мной приехал!