— Мы справились бы и без вашей помощи!

— А что дальше? — Пальцами в кровавой корке я схватил его за щетинистый подбородок и развернул голову на себя, чтобы он ровно смотрел мне в глаза. — Что будете делать дальше?

— Сражаться!

— Вы проиграли! Вы в моих руках, я по щелчку пальцев сделаю вас своими домашними питомцами. Как его! — я пальцем указал на бедного Хейна, пытающегося скинуть со своей огромной спины жирную толстуху, продолжающую усердно рубить его голову топорами.

Глаза мужчины скосились в сторону Хейна. Страх сгустился в его голове, но смерти он словно не боялся. Ужасающие перспективы превращения целого мира в глубокое болото крови с гуляющими по окрестностям кровокожам конечно пугали его до безумия. Он считал их чумой. Меня в том числе. Всё читалось не только на его лице, но и в мозгу, пытавшемуся переварить не только увиденное, но и услышанное из моих уст.

Голубые глаза снова уставились на меня. Он с трудом нахмурил бори, противясь моей власти, и прошелестел сухими губами:

— Зачем ты, ведьма, с нами вообще ведёшь разговор? Это такая твоя уродливая забава? Мы живём, чтобы убивать таких как ты! И мы будем убивать, таких как ты! И, если сегодня наш последний день в тени еловых деревьев, пусть тому и быть!

— Я могу сделать твой последний день еще веселее, тебе точно понравиться. Только помни, я тебе не враг.

Стоящий к нам спиной воин начал разворачиваться. Он делал это небыстро, его движения были неестественны, словно кто-то со стороны двигал его конечности поочерёдно; выставить в бок одну гону, развернуть торс, подтянуть руку с мечом, повернуть голову. И этим кто-то был я. Моя новая игрушка посмотрела на нас взглядом полного негодования. Глаза внимательно следили за конечностями, когда я ими начинал двигать. Жар внутренней борьбы с моим вливанием можно было ощутить лишь прикоснувшись к мужскому лицу, исказившееся от страха. Медленно, шаг за шагом он подошёл к нам и, так же медленно, поднял руку с зажатым в ладони мечом. Кончик лезвия нацелился в грудь мужчине, с которым я вёл безуспешные переговоры, и медленно поплыл по воздуху в нашу сторону.

Раздалось ворчание и фырканье. Второй мужчина зарычал, стиснув губы до бела. Лысина покрылась испариной, он весь затрясся, как будто начался припадок. Мужчина мучительно пытался выгнать меня из своей головы, пытался остановить руку, на что в ответ я широко улыбнулся.

Сталь уткнулась в кусок толстой кожи, защищающей грудь упёртого воина.

— Зико! — взревел мужчина, плюясь слюной. — Это не я! Это всё она… Ведьма!

— Зико, — сказал я, посмотрев на голубоглазого мужчину, — Приятно познакомиться! А меня зовут Инга, и я хочу договориться.