Воздух в комнате показался спёртым. Кожа на лице старика зашевелилась, чуть подёргиваясь, словно через неё пропускали крохотные порции тока. Вновь он нахмурился и уставился на меня какими-то опустевшими глазами. На моих глазах он поменялся. Стал другим. Сошла маска радости от первой встречи, а что сейчас вырисовывалось на побледневшей коже — я не мог разобрать. В образовавшейся тишине старик налил себе в кружку собственного пойла и одним глотком осушил до последней капли. И сколько бы он не выпил, его взгляд оставался ровным и ясным, ни на секунду не покидающим моего лица.
Некоторое время он подержал кружку в воздухе, будто застыл от потока мыслей, обрушившихся на его голову. Но не успел я моргнуть, как раздался грохот. Опустевшая глиняная кружка со всей дури врезалась в деревянный стол и раскололась на сотни осколков. Эдгарс вскочил со стула и сквозь стиснутые зубы прошипел:
— Что вы сделаете⁈
Что-то старик разошёлся не на шутку. Видимо, моя весть о создании армии кровокожих из местных жителей его не особо обрадовала. Испортил утро! Разбил посуду! Кричит на нас, брызжа слюной и выпучив покрасневшие глаза.
По правде сказать, Эдгарса я уважаю. Но не из-за того, что он старше меня, хоть это и не мало важно. Моё уважение он заслужил своими поступками. Своей помощью. Когда он был нужен — он всегда приходил на помощь.
Почти отец.
Был бы другой на его месте, я бы даже не стал утруждать себя объяснениями и какими-то спорами на тему добра и зла, и что можно делать, а что нельзя. Просто бы сказал тому человеку: иди нахуй. Но Эдгарс — это другое. Я безмерно уважаю его, и мне уже доставляет дискомфорт мысль, что мои слова вывели его на эмоции. Инсульт или инфаркт ему не грозит, его здоровье, на данный момент в моих руках. И это в прямом смысле слова.
— Инга! — рявкнул Эдгарс, стоя напротив меня через весь стол. — Что ты такое несёшь! Я ослышался?
Как это унизительно. Мне приходится отвечать на его вопросы, как будто он мой отчим, хотя нам всем и так понятно, что он всё прекрасно слышал.
— Нет, Эдгарс. Ты не ослышался. Я вынужден всех…
Раздался грохот. Огромный стол из дубового массива содрогнулся от удара по нему ладонью старика.
— Стены этого дома слышали несусветную чушь и были свидетелями самых невообразимых сражений, выпавших на души наших граждан! Но то, что говоришь ты — невообразимо! Чушь! Инга, ты сошла с ума! Твоя сила… ты… посмотри на себя! Ты кого из себя возомнила? Думаешь, нацепила страшный плащ, обросла коркой, сделала себе копьё из человеческой кости и всё… теперь можно говорить и делать всё, что тебе вздумается?