Горан провёл рукой по расстеленным картам. Улыбнулся, повторил мысленно все придуманные места и пошел за воеводами. Всё же надо отдать распоряжения готовиться к завтрашней погоне. Да и самому кое-что тихонько сделать будет не лишним.
Весь остаток вечера прошел в хлопотах и заботах. И людей распределить было надо, и припасы в дорогу затребовать и распределить, да и на похороны Деи зайти. Прощание с ней Велибор сумел устроить тихо, но достойно. Женщины переодели старушку в нарядные одежды, вместо испорченных кровью, украсили повой серебром, вместо бронзы и рядом с истёртыми бронзовыми околецами надели на руки тонкие золотые. Лицо покойной застыло в вечном смирении и казалось, что в свой последний миг она была счастлива. Такой Дею и увезли на деревянном щите на кладбище у города, где похоронили рядом с мужем и сыновьями. Большинство тех, кто хотел и мог проводить старую вдову, попрощались с ней у ворот приместья, и только несколько человек были там до самого конца, дождались пока последний ком земли не увенчал небольшой свежий холмик.
Горан возвращался с похорон уже по темноте. Он мог бы поспешить и быть к этому времени в своей каморе, ужинать и беседовать с воеводами, но нарочно шел медленно. Дорога извивалась светлой полосой, а по её сторонам чёрной стеной обступали деревья. Казалось, что весь мир, огромный и необъятный, сжимался вокруг и давил, давил, гнул к земле, теснил с боков. Что-то мешало дышать полной грудью и скреблось изнутри. Княжичу потребовалось несколько часов шагать в одиночестве, чтобы понять — это были слёзы, непрошенные, незваные, чужие, но подкараулившие его на ночной дороге и напавшие неожиданно.
Что может сделать неподъёмный камень легче пёрышка?
А что может пёрышко сделать тяжелой ношей?
(народные загадки)
Погоня шла уже седьмой день. В самом начале Горан разделил своих людей, отрядив воинов и в верховья Быстрой, проверить порты и врата в Перерождающийся мир, и город прочесать, и проверить все схроны вокруг приместья, где бы девушки могли попытаться переждать. А сам с десятком спустился по течению до глухого озера. Там уже были земли соседней волости, так что нужно было действовать осторожно.
Старший клан Стояновичей за три поколения своих княжей сумел наладить достойные отношения со всеми соседями — и малыми, и старшими кланами. Не сказать, что все они были друзьями, но пока отряд не покушается на подвластных людей, не вредит интересам и не наглеет, никто не будет мешать поимке беглянок. А если что, то у всех командиров были заверенные Гораном и его отцом письма, объясняющие случившееся и с просьбой о поддержке. Но они надеялись справиться самостоятельно, не привлекая лишнего внимания. Всё же побег Ясны мог вызвать много вопросов, и не каждый княжъ и княжиня удовлетворились бы состряпанной байкой.