Но, тяжело дыша, ловя лицом солнечные лучи и порывы благословенного ветра, Мала поднялась на вершину очередного холма. И оказалась лицом к лицу с третьим княжичем и пятёркой дружинных воинов, с мимолётным удивлением рассматривающим понёвы вместо привычных волховок. Между ними было с десяток шагов, а значит, все усилия оказались напрасными.

Противники медлили. Девушка могла назвать каждого напротив по имени и прекрасно знала, что, даже отдохнувшая, один на один им не соперница, а уж теперь!.. Всё же это были воины старшей дружины, а не гридни из младшей. Но и сдаваться она не собиралась. Первым же делом Мала правой рукой заслонила испуганную Ясну, а левой взялась за лямки сумок, собрав их в одну горсть, чтобы рвануть и сбросить обузу. Дружинные вынули мечи, но Горан поднял руку, останавливая мужчин, и едва заметно качнул головой. Они молчали и смотрели друг на друга, долгие мгновения не решаясь нарушить тишину. А в душах бушевали боль и отчаяние, кромсая своими когтями сердце.

— Тётушку Дею похоронили, как вдову: возле мужа и сыновей. — Горан смотрел прямо в глаза волховице.

Мала медленно кивнула, прежде чем ответить, но ни на миг не отвела взгляда.

— Княжъ позволил? Не наказал за это? А как ты?

— Не бойся. Справлюсь. — Он не улыбался, боль ушла, но вместо неё в груди всё сковало тяжестью.

Горан медленно снял звякнувший пузатый мешочек вретища и бросил его девушкам. Мала поймала, глянула, и взгляд зацепился за оберег из кожаных полос, привешенный на ременную петлю. Едва заметно, самим краешком губ улыбнулась и снова медленно кивнула, сжимая тяжелую поясную сумку, и вновь посмотрела на Горана. А он улыбнулся в ответ, слабо и горько, и кивнул в сторону — «Иди». Она же одними губами ответила: «Прощай», схватила сестру, метавшуюся взглядом по собравшимся людям, и девушки побежали вправо.

— Стоять! — приказал Горан воинам. — Пусть уходят!

— Княжич, у нас же приказ княжа их поймать!

— Пусть уходят. Возвращаемся обратно.

— Но…

— Вы правда хотели помериться силами с двумя девками? И много чести от такой победы?

— А безопасность клана? Они же тайну какую-то украли. Наказать надо, остановить.

— Теперь от той тайны… — Горан махнул рукой и тяжелыми шагами направился обратно, туда, где они оставили свою лодку. Но странное дело, стоило спинам девушек последний раз мелькнуть и затеряться среди кедров, как на душе ему стало легче. Он даже поднял лицо к небу и прищурился от весёлых лучиков, рассветивших шатёр веток в вышине. И появившаяся шальная радость никак не увязывалась с мыслью о свершившемся предательстве клана и неизбежной потерей доверия отца. — Или сами хотите её узнать?