Варианты ответа:

— 24 часа

— 2 недели

— 6 месяцев

— зависит от статуса экспедиции

Я подумал и выбрал последний вариант. В нашем деле, если есть вариант, который начинается со слов «зависит», то, скорее всего, он и правильный. Мы же прикладники. И еще одно — вдруг это школьники что-то исследуют? Тогда их надо спасать до наступления темноты, потом понятно, что будет. Придет медведь, и будет у него закуска.

Машина мигнула, приняла мой ответ и выкинула следующий вопрос. Ага, итоги в конце. Ладно. Тут вопрос занимал аж полстраницы, и я углубился в чтение.

Гелий еще вчера сообщил, что утром едет в Министерство, и свалил посетителя на Марго с Рудником. На их крики, что они понятия не имеют, что надо делать с писателями, ответил, что и он тоже, так что им и карты в руки.

Писатель был прислан Минкультом на лицензирование — новая идея, посетившая руководство культурой состояла в том, что писатель должен понимать, о чем он пишет, и достоверно передавать материал.

— А что, если он пишет о драконах? — спросил Рудник. — Этот материал куда сдавать?

— Вот его и спросите, — велел Гелий. — Мне тоже интересно.

Пока ждали писателя, запросили Минкульт на предмет того, как должна выглядеть лицензия. Выяснилось, что лицензию выдаст сам Минкульт (гениально!) на основании доказательств университета.

— То есть мы должны взять на себя ответственность, что там у него в голове сварилось? — возмутился Рудник. И настрочил в Минкульт гневное письмо.

Минкульт моментально сдал назад и заявил, что базового понимания достаточно, проверить его можно в личном разговоре, написанную книгу читать необязательно.

— Какой-то бред, — возмутился Рудник.

— Да ладно, — отмахнулась от него Марго. — Все равно с утра у нас ни пар, ни заседаний, давай поиграем в писателя.

На этом и остановились.

Писателем оказался маленький лохматый человечек, похожий на енота. Сходство с непоседливым животным усиливал мягкий серый костюм и маленькие енотские руки, которые сейчас отбивали подлокотниках кресла нечто похожее на вступление к «Пещере горного короля». Писателю было очень неловко: он переживал больше Марго с Рудником. У его ног притаился рюкзак приличного объема, как будто писатель собрался в недельный поход.

— Понимаете, я бы очень хотел писать об органиках. Тем более, когда происходят такие интересные изменения…

— Нон-фикшен? Документальную прозу будете писать? Всё ведь переврете, — скептически осведомился Рудник.

— Нет-нет, к нон-фикшену я потерял интерес. Вымысел на реальном материале. Я бы и так попытался с вами познакомиться, но меня ускорила инициатива Минкульта.