Оба страдал. И всё ему было отвратительно.
Ему пришлось пропустить семинар Рудника, потому что в столицу заявился его двоюродный племянник Рапид и возжелал видеть Обу немедленно. Ирония ситуации была в том, что этот самый племянник был старше его на пять лет и, по одной лишь этой причине, его голос в семье значил больше, чем Обин. Хотя логично было бы наоборот. Но реальная проблема заключалась в том, что год назад Рапида с какого-то перепугу официально назначали куратором Обиного образовательного проекта. Постепенно Рапид мутировал из покровителя в повелителя, и Оба не мог понять, как это вышло. Как человек, который сегодня впервые оказался на Севере, мог рассказывать Обе, что, как и когда ему делать?
Визит племянника, мысленно Оба называл его именно так, был приурочен к возникшим проблемам с элементной базой, а, скорее, со слухами вокруг них. Оба провел штук пять бессмысленных звонков с этим персонажем, но так и не смог ничего донести. Охваченный паранойей Рапид вбил себе в голову, что Оба не может быть достаточно откровенным по видеосвязи, выбил бюджет и на тебе — прилетел.
Встреча проходила в родном представительстве Нигама, которое семья считала почти что личным замком. Обе было предписано явиться в три часа дня, и ни время, ни место с ним даже обсуждать не стали. А что, если бы на это время у него был назначен тест? Не, не волнует.
В переговорную Оба вошел изрядно взвинченным, но успел остыть, пока племянничек осилил догрести до места встречи. И почему те, кто ближе находится, всегда сильнее опаздывает? Парадокс. Пока Рапид нес себя в переговорку, Оба успел мысленно усадить на соседний стул воображаемого друга и налить обоим чаю из приготовленного чайника, злобно нарушив все правила семейного этикета — полагалось подождать разрешения старших. Достижение разблокировано: нахамил куратору. И Рапид не преминул это отметить, попутно охренев от двух чашек, стоящих перед Обой.
— А я думал, что ты совсем не придешь, — пояснил Оба. — Не пропадать же добру. Хороший чай, кстати, одобряю.
Он отсалютовал чашкой родственнику. Рапид закипел:
— Я смотрю, ты тут понабрался!
— Разве не для этого меня сюда послали? Вот, набираюсь ума и навыков.
— Навыков не вижу, а вот наглость в удвоенном объеме!
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — пожал плечами Оба.
За лето Рапид слегка испортился. Заострились и так четко очерченные скулы, на висках завелись прыщи, а кожа посерела от безвылазного пребывания в семейном офисе. Оба никогда не был высокого мнения о родственнике, но сейчас его симпатия схлопнулась до размера некрупной пуговицы.