— Попробуйте, — кивнул я и направился на выход, но уже у дверей меня остановил осторожный вопрос владельца лавки.
— Леопольд Борисович! Могу я рассчитывать, что вы никому не сообщите о проводимых мной экспериментах над полтергейстом? В моем возрасте тюремные казематы вредны для здоровья.
— Не беспокойтесь, не сообщу, — пообещал я хранить тайну. — Но мне понадобится от вас ответная услуга.
— Слушаю.
— Ничего серьезного, просто хотел бы загнать самоходную коляску на ваш задний двор. На день или два.
— Нет ничего проще! — с облегчением перевел дух владелец лавки. — Приезжайте хоть сейчас!
— Непременно воспользуюсь вашим любезным предложением, — кивнул я и вышел за дверь.
Голова самым натуральным образом шла кругом, но времени собраться с мыслями и хорошенько обдумать увиденное уже не оставалось. Следовало поторопиться на встречу с дядей. Более того — следовало к этой встрече подготовиться.
Именно поэтому к графу я отправился на броневике. Имелся некоторый шанс, что приглашение — это искусная западня, а мне вовсе не хотелось покинуть этот мир с загнанным под лопатку ножом.
Кто знает, что понадобилось от меня дяде?
3
Дождь лил все сильнее, по улицам текли настоящие реки, а грозовой фронт постепенно смещался к центру города, поэтому людей на улице было немного. Обыватели попрятались по домам, на глаза попадались лишь редкие курьеры да озябшие в своих прорезиненных плащах постовые.
Именно поэтому обнаружить наблюдателей не составило никакого труда. Один парень скучал в распахнутой двери парадного дома напротив конторы адвоката, другой прятался от дождя под навесом неподалеку от черного хода. Я заметил их сразу, как только объехал нелепое здание, на верхнем этаже которого снимал помещение мэтр Ласаль.
Впадать в панику не стал. Само по себе желание дяди подстраховаться вовсе не свидетельствовало о его дурных намереньях; к тому же взять под наблюдение контору мэтра Ласаля могли сыщики, расследующие налет на банк.
Поскольку разглядеть меня через залитое дождем ветровое стекло никто из наблюдателей не мог, я спокойно проехал в соседний двор и оставил броневик в арке. Запер его и по пожарной лестнице взобрался на крышу. Дома в этом районе теснились друг к другу, расстояние между скатами крыш не превышало полуметра, и перебраться с одной на другую не составляло никакого труда. Главную опасность представляли отчаянно скользившая под ногами черепица и резкие порывы постоянно менявшего направление ветра.
Проклиная непогоду, я запрыгнул на соседнее здание, перебрался на другую сторону крыши и соскочил с нее на дом, где арендовал помещение адвокат графа. Под очередной раскат грома взломал прихваченной фомкой чердачную дверь и забрался в темное пыльное помещение. Прислушался — тишина, только изредка стучали срывавшиеся с прохудившегося потолка капли.