— Я ещё не закончил. — Он обернулся, посмотрел куда-то над её головой. — Там ещё клипы влезли с МTV.

— Да мне можно без вкладыша. Ручкой подпиши и всё, чтобы я не спутала с другими дисками.

Виталик не отреагировал. Продолжил выравнивать на экране текст.

— Через пять минут распечатаю и отдам.

— Нифига себе у вас тут подпольная мастерская. «Матрица» отдыхает. — Вика села нас стул. — И реферат в интернете можете найти?

— Можем. Если надо, заказывай, — откликнулся Тихон. — Оплата по таксе. Но тебе будет скидка.

Настя сдвинула стопки бумаги и села на кровать, стены она не рассматривала, ей явно это всё было не в диковинку, наблюдала за шелестящим цветным принтером.

— А мне можешь все альбомы Backstreet Boys записать на один диск?

— Ты ещё их слушаешь? — В комнату вошёл Филипп, пожал руки ребятам и обернулся к Насте.

— Да. Их. Ещё. Слушаю, — выдала оно дробно и растеряно.

Она смотрела на него снизу вверх, часто моргая. Не ожидала встречи и не успела спрятать эмоции. Филипп тоже глядел на Настю, но не так, как обычно. Это был другой взгляд, глубже и пристальнее. Вику этот взгляд разозлил. Она резко поднялась.

— Ну что там? Готово? А то Лёшка скоро приедет.

— Я же сказал, пять минут, — откликнулся Виталик.

Вика схватила Настю за руку и потащила к выходу.

— Тогда мы погуляем в саду и придём позже.

На улице Настя сама повела Вику во двор Большого дома, направила на тропинку и у сарая свернула в Живой сад. Сначала они почувствовали яблоневый аромат, а потом увидели цветущие деревья. Вика была здесь и весной, и летом, но ни разу, даже в пору самого пышного цветения, не могла поймать воспоминания. Но точно знала, что они есть. Лёшка мог придуриваться, а Настя — нет. Да и дед Витя точно не был шутником. Он рассказывал, как видел воспоминания своих родителей и сестёр, умерших во младенчестве. Для Антоновых ловить фрагменты чужих жизней с конца марта по май было обыденностью, а для Вики — жутью.

Настя приблизилась к старой яблоне и погладила шершавую кору.

— Это бабушка Шура. Я её никогда не видела. Она умерла за два года до моего рождения. Но я видела её воспоминания и видела её в воспоминаниях других. — Настя глубоко вдохнула и затихла на несколько секунд.

Вика уже замечала у неё такое лицо. Настя поймала обрывок прошлого. Судя по печальному взгляду, невесёлый. Она пощупала траву, убедилась, что та сухая и тёплая, и только потом села.

— А яблоневые галлюцинации — это как фильм?

Настя тоже опустилась на траву, задумчиво покрутила на запястье часы.

— Нет. Будто это твоё собственное воспоминание. Ты не только видишь, но и чувствуешь, как тот, кому оно принадлежит. Я сейчас поймала.