Несколько раз Вероника заводила неприятный разговор. Чувствовала себя неловко из-за того, что вообще поднимает эту тему и вроде как обвиняет. Сергей отшучивался и неделю заканчивал ужин чаем. Даже в пьяном виде он никогда не становился агрессивным и не поднимал на неё руку. И она уверяла себя, что его пристрастие к пиву — это просто невинная пищевая привычка. Да вот только пьяный Сергей был ей неприятен до отвращения.

Он не буянил, не повышал голос, был безобидным и даже весёлым. Но в нетрезвом виде мог сходить под себя или уснуть со следами рвоты на одежде. Естественно, пьяным Вероника Сергея к себе не подпускала даже для объятий. После брачной ночи почти сразу забеременела и избавилась от обязанности исполнять супружеский долг.

Удерживая Платона одной рукой, она выставила на стол хлеб и плов, хотела набрать воду в чайник, но увидела, как Сергей достал из пакета пару банок пива.

— У меня свой чай.

— Серёж, я же просила. Да и дети не любят, когда от тебя пахнет алкоголем.

— Вер, ну какой это алкоголь? Водица, почти святая. А детям вообще всё равно. Они меня даже не узнают ещё, да, Демид?

— Платон.

— Ну, Платон. Подрастут, буду с ними мужскими делами заниматься. Я и рыбу могу ловить, и футбол гонять. Скучно не будет.

Вероничка оставила чайник на столе и ушла в другую комнату. Пока возилась с детьми, думала, как справиться с «невредной пищевой привычкой» мужа. Может, попросить совета у мамы? Но как же стыдно признаваться, что Сергей пьёт, а она оказывается не так уж и счастлива в браке. Перед Сергеем она всё время чувствовала себя виноватой за нелюбовь. В благодарность старалась быть образцовой женой: всегда хорошо выглядела, вкусно готовила и лишний раз не спорила.

Платон снова уснул, Демид ещё кряхтел и таращился чернющими глазами в сторону окна. Вероничка тоже перевела взгляд. На подоконнике в несколько рядов стояли пустые банки из-под пива, некоторые целые, но большая часть напоминала металлические цветы. Настя и Оля, бывая у неё в гостях, вырезали из банок пепельницы. Располосовывали металл и накручивали ленты на карандаши. Получалось красиво.

— Нравится?

Демид, естественно, не ответил. Вероника включила радио и легла между детьми. Пока играла музыка, а потом и шла передача по заявкам, из кухни несколько раз донёсся хлопок открываемой банки.

Она смотрела на низкий потолок с трещиной посередине и прокручивала в голове события прошлой весны. Как так вообще получилось, что Дима — первая и единственная любовь — бросил её чуть ли не перед свадьбой? Она никогда ему этого не простит. Не простит и не забудет. Предложение его другу Вероника сделала сама. Не из желания отомстить и удержать лицо, скорее, от отчаяния. О симпатии Сергея она всегда знала. Но, будучи лучшим другом Димы, он держал дистанцию, только смотрел очень уж красноречиво. Согласился жениться сразу, но его дружба с Димой, естественно, рухнула. А у Веронички рухнула жизнь.