— Вообще-то, да, можете, — Пётр Андреевич поднялся. — Нам нужно как можно больше винного спирта. Хочу показать коллегам наши нововведения, да и уменьшить риск заражения, насколько это вообще возможно. Так что найдите его нам столько, сколько сможете.

— Что-то ещё? — Северюгин покосился на акушеров. Он немного знал Боделока, видел его в Париже, а вот фон Дейч был ему незнаком, и потому вызывал определённые опасения.

Рота гвардейцев прибыла три дня назад вместе с Загорским. Дейч был в Кракове проездом, направляясь в Москву по приглашению, и задержался, когда узнал о положении её высочества. Как оказалось, Кристиана фон Дейча пригласили, чтобы он возглавил кафедру акушерства в одном из двух открываемых в Российской империи медицинских университетов. Один должен был открыться в Москве, второй в Казани, но это, как заявил Александр Павлович, только начало. Стране катастрофически не хватало медиков, поэтому как минимум медицинские академии планировались во всех губерниях.

Проблема заключалась в преподавателях. У Александра Павловича не было другого выбора, только приглашать пока профессоров медицины из-за границы. И у Загорского с фон Дейчем уже вышел конфликт на этой почве. Кристиан фон Дейч категорически отказывался давать свои лекции для перевода на русский язык, настаивая на преподавании классическим способом — на латыни. И только не слишком хорошее самочувствие Александры Павловны заставило этих двух упрямцев прервать их спор, но, как подозревал Северюгин, ненадолго.

— Мне нужно что-то ещё сделать или только притащить вам зачем-то спирт? — повторил Павел свой вопрос, не переставая хмуриться.

— Нет, больше ничего, — раздражённо ответил Боделок. По его лицу было хорошо видно, что самое лучшее, что может сделать Павел — это полностью избавить их от своего присутствия.

— О, мой бог! — прервал его Дейч. — Ну как же мы могли забыть? — и он хлопнул себя по лбу. — Мы так увлеклись проблемами её высочества, что совсем забыли о ребёнке.

— Что вы имеете в виду? — Северюгин резко развернулся в его сторону. Сейчас никто из его европейских знакомых не смог бы узнать в этом офицере, яростно смотрящем на акушера, того милого и обходительного господина, который так нравился дамам.

— Кормилица, — простонал Дейч. — Мы забыли о кормилице. Если вы сумеете за эти несколько часов найти подходящую женщину — это будет настоящим чудом!

Павел закрыл глаза и медленно сосчитал про себя до десяти. При этом он уговаривал себя не злиться и взять уже себя в руки, потому что их склоки точно ни к чему хорошему не приведут.