Выходя, он попытался закрыть меня в номере, но я быстро кинулась следом:

– Пойду с тобой. Вдруг ты возьмешь не то.

В магазинчике при отеле я взяла тампоны, ватные диски, бутылку колы и жвачки, вручила все это мужу со словами:

– Куплю еще дезодорант. Тот, что ты положил с собой, не защищает в такую жару.

Пользуясь тем, что меня скрывала стойка с чемоданами, я вынырнула из магазинчика и кинулась к администратору. За стойкой стоял молодой турок, дня два назад он тоже дежурил, и я слышала, что он кое-как говорил с заселяющимися по-русски.

– Пожалуйста, мистер, можно позвонить отсюда в русское посольство?

– Что случытся? – встревоженно глянул на меня турок. – Вы из какой нумар?

– На пятом этаже, номер угловой, – от волнения я забыла номер комнаты.

– Что вы хотеть?

– Меня удерживают силой. Я хочу попросить защиту.

– Защыту? А, хелп? Кто есть обидеть? Я звонить полицыя. У ей украсть мани?

– Меня удерживает муж.

– Мюж? Хасбенд?

– Пожалуйста, дайте мне позвонить!

– Где есть мюж?

– Он в магазине. Он настоящий тиран, он меня бил! Забрал документы, деньги.

– Айн момент. Я говорить мой босс.

Краем глаза я заметила, что Виктор выходит из магазина, и в ужасе схватила турка за рукав рубашки:

– Срочно звони в полицию! Я буду говорить с ними.

– Калм! Спокона, все решат Карим.

– Что тут происходит?

Я резко подпрыгнула на месте и почти вжалась в стойку администратора, умоляюще глядя на Карима. Тот беспомощно переводил взгляд с меня на мужа.

И я вдруг увидела эту картину глазами турецкого администратора. Сейчас Виктор выглядел как самый милый человек, которого я знала. Никто бы в жизни не подумал, что такой рубаха-парень может ударить женщину. Тут же нахлынули сомнения: вдруг я и правда сама все спровоцировала, довела до абсурда, заслужила наказание? В тот момент я уже вступила на территорию, где здравого смысла в принципе не существовало. Собравшись с силами, я максимально спокойно попыталась сказать, что хочу уехать.

– Ева, что с тобой? Почему ты убежала из магазина?

Виктор сделал попытку приблизиться, но я выставила вперед руки:

– Не подходи, поговорим так.

На нас уже бросали заинтересованные взгляды все, кто проходил мимо. Администратор мялся в тоске, понимая, что попал на какие-то семейные разборки русских.

– Если что, я абсолютно трезвая, – обратилась я к Кариму. Тот кисло улыбнулся и кивнул.

– Ева, не устраивай сцену, на нас смотрят люди. Пошли в номер, ты полежишь, отдохнешь, тебе станет лучше.

– Лучше? Мне станет лучше, если ты отдашь мне мой паспорт и деньги, чтобы я могла улететь. И телефон!

– Давай обсудим это в номере, – с грустной улыбкой предложил он и обратился к администратору: – Извините мою жену, она сама не своя, у нее есть небольшой диагноз, мы повздорили из-за ее нежелания выходить из номера. Я врач-психотерапевт и настаивал, что ей нужно больше двигаться.