И все-таки странное совпадение, если там речь шла действительно про подвал в квартире. В это же время случилась та история с подвалом в больнице. Тоже какой-то хоррор… Двое пациентов внезапно проявили агрессию, заперлись в подвале, а мой муж их как-то обезвредил. Как бы расспросить об этом подробнее хотя бы ту же Марго? Она вроде давно работает в больнице, должна помнить. Но разве у меня будет такая возможность? Виктор всегда слушает все, что я говорю.
А если спросить у него самого? Тогда придется объяснить, откуда я это знаю. Я и так боялась, что Максим расскажет Виктору про мой интерес к Саше. Это сразу насторожит его, он поймет, что я его всерьез подозреваю. И тогда точно примет меры…
Теория смерти. Настоящее
С того момента, как у меня оказался мед, не было и минуты, чтобы я не думала о том, как им воспользоваться. Теперь, когда я понимаю, что мать Виктора мне не поможет, что она с ним заодно, я думаю об этом каждую секунду. Представляю, как ему становится плохо, тут же стыжусь этого и начинаю вспоминать, как все начиналось. Каким привлекательным он мне казался. Каждый день нашей жизни я не переставала удивляться его нормальному, даже привлекательному виду. Разве такие, как мой муж, не должны быть похожи на монстров даже внешне?
Я не имею права на ошибку, у меня будет всего одна попытка. Дело осложняется тем, что мед – это лотерея. Даже если мне удастся как-то подлить его в напиток или еду Виктору, какой эффект ждать? Я не специалист по отекам Квинке. А Виктор, зная свое заболевание, наверняка держит где-то рядом лекарства. Если он успеет среагировать быстрее, чем отключится, мне конец. Он жестоко отыграется на мне и на сестре, потому что сразу поймет, каким образом ко мне попал мед.
Последнее время мы редко едим вместе, только если не идем в гости или не обедаем с его матерью. Обычно он приносит еду мне наверх. После того раза, как я сбежала, он больше не совершает ошибок и не остается со мной наедине. Он даже не требует от меня интимной близости, что вообще странно. Иногда мне кажется, что у него кто-то появился. И в такие моменты я испытываю двойственное чувство: с одной стороны, я рада, у меня есть надежда, что, наигравшись, он отпустит меня; но, с другой стороны, я понимаю, что его странная, больная любовь служит определенным гарантом моей жизни. Если я стану ему безразлична, он может просто избавиться от меня.
Напряженно думая, я все-таки прикидываю небольшой план. Вспоминаю, что на новоселье Элла и Максим принесли большой набор чая. Кроме заварки и различных добавок в пакетиках, там были еще небольшие баночки с различными видами джемов и кленовым сиропом. Если все получится, я сразу добавлю в одну из баночек пару капель меда. Все решат, что производитель был невнимателен и мед как-то случайно попал в похожий по виду кленовый сироп. Так я сделаю невольными виновниками случившегося Эллу и Максима, но сейчас мне не до сантиментов. Нужно как можно быстрее спасать себя, пока свекровь не решила окончательно от меня избавиться.