Муж и правда возвращается через пару минут, и я слышу, как он поднимается по лестнице. Гадаю, что ему от меня понадобилось: снова начнет воспитательные речи – или просто захотелось заняться любовью. Он это так и называет – заняться любовью, хотя о какой любви может идти речь, если я в любой момент готова впиться зубами ему в горло?

Дверь открывается, я вижу, что он принес поднос с чаем. А под мышкой у него что-то еще. Какая-то книга. Неужели я перешла на второй уровень и мне дозволено читать? С чего бы? Прошлый раз я его разозлила, ведь в кабинете у Дениса поддержала идею с визитами матушки Марии. А еще всю неделю была «вялой» в постели, по его же словам. Нет, тут точно что-то другое.

– Угадай, кто приходил? – спрашивает он. – У нас были гости.

– Да? Это когда звонили в ворота, а ты притворился мертвым? – отзываюсь я, зная, что Виктор не терпит, когда его пытаются высмеять.

– Последнее время ты стала слишком дерзкой. Я начинаю думать, что ты давно не сидела в своем любимом погребе.

При упоминании погреба я содрогаюсь и прикусываю язык. Мне давно следует привыкнуть держать его за зубами, но врожденный бунтарский характер периодически прорывается наружу.

– Может, мне просто надоело сидеть тут безо всякого дела.

– Ты сама виновата. Если бы не та попытка побега, я бы предоставил тебе возможность гулять в саду, может быть даже рисовать.

– Так кто приходил?

– Матушка Мария. Не знаешь, что тут понадобилось этой старой перечнице? Сначала эта история с визитами к Зое, теперь она пришла сюда без приглашения. Или ты ее приглашала? – с напускным безразличием уточняет он, наблюдая за мной.

– Нет, но в нормальном мире нет ничего странного, чтобы зайти и навестить кого-то.

– По-твоему, я ненормальный? Я создал для тебя ненормальный мир?

– Не заводись.

– Лучше бы ты завелась. А то последнее время толку от тебя ни как от хозяйки, ни как от любовницы. Такими темпами мне придется искать секс на стороне. Ладно, я сейчас уезжаю на встречу с Максимом, а тебе решил занести презент от матушки. Она оставила «Молитвенник для женщин» в почтовом ящике. Хочешь почитать?

Гадаю, к чему этот вопрос, разглядывая книгу в красивом кожаном переплетике. Если я наказана, то читать мне нельзя. Но, видимо, содержание этой книги мужа устраивает. Думаю, он ее пролистал и счел полезной для укрощения моего духа. Молитвы и наставления мне не повредят, говорит он, протягивая книгу.

У него вообще забавные отношения с религией: когда выгодно, он с легкостью цитирует «Возлюби мужа своего», при этом ничуть не смущаясь, что нарушил заповедь «Не убий». Теперь я почти уверена, что он как-то замешан в смерти своего отца.