– Да, матушка Мария будет, – отвечаю я, отводя глаза.

– Может, нам стоило встретить ее возле остановки?

– Хочешь, могу сама сходить, – предлагаю, зная, что Виктор не допустит, чтобы я куда-то отправилась без него.

– Матушка? – переспрашивает Анна, присаживаясь в плетеное кресло под яблоней.

Я рассказываю, что после приезда в Алатырь мы с мамой жили на квартире у вдовы батюшки, Марии Леонидовны. Милая женщина стала нам почти родственницей, и теперь, когда мамы уже нет с нами, мы продолжаем поддерживать теплые отношения.

– Она же была на свадьбе? – уточняет Элла, проваливаясь в гамак, натянутый между грушей и грецким орехом.

– Да, единственный гость с моей стороны, кроме сестры и отца, конечно, – замечаю я. – Раньше мы часто навещали матушку в церкви, а теперь Виктору все время некогда, а я не вожу машину. Да и добираться далековато…

– Кстати, надеюсь, в субботу ты сможешь пройтись со мной по магазинам? – спрашивает Элла и, повернувшись к Виктору, обиженно замечает: – Она уже который раз не может! Вик, подвези жену, наконец. Мне грех не воспользоваться ее столичным вкусом, хочу сделать небольшой ремонт в зале…

– Элла, зачем нам делать ремонт в квартире, если мы планируем переезжать?.. – встревает Максим.

– Это ты планируешь! Я знаю, он хочет дом, но пока не выйду на пенсию, этого удовольствия я ему не доставлю. Так что едем выбирать обои и диван. Аня, хочешь с нами? Вы же тоже обживаетесь? Потом можем посидеть где-нибудь в кафе.

– Я не против. – Анна заметно оживляется, хотя я уверена, что ремонт ей безразличен. Наверное, ей просто интересно пообщаться со мной и понять, как я докатилась до такой жизни.

– Замечательно, – улыбаюсь я, хотя заранее знаю, что не смогу встретиться с ними ни в субботу, ни в какой-то другой день.

Виктор хочет что-то сказать, но общее внимание переключается на матушку, которая заходит во двор с сумками и букетом астр. Эти цветы очень любила мама, и у меня на глаза наворачиваются слезы, но я быстро пытаюсь их спрятать. Никто не должен понять, что со мной что-то не так.

Я кидаюсь к матушке Марии чуть быстрее, чем того требуют приличия, и Виктор еле поспевает за мной. Матушка обнимает меня и протягивает Виктору руку для легкого пожатия. Несмотря на то что мой муж нравится всем без исключения, я уже который раз замечаю настороженный взгляд, который бросает на него матушка. Наверное, после смерти нашей матери она чувствует ответственность, а еще у нее нет своих детей, и она по-настоящему привязалась к нам с сестрой, пока мы жили вместе. Виктор старается быть любезным, но я знаю, что и он не слишком жалует пристальное внимание матушки к нашей семье. А особенно то, что она стала часто навещать Зою в психиатрической клинике.