Я решаю проигнорировать этот вопрос, потому что только сейчас позволяю себе в полной мере сопереживать. Раньше мой организм находился в таком шоке, что эмпатия была напрочь отключена.

Запустив руку в карман, я достаю Алатырь и кладу его на колено Даниле.

– Держи, он мне больше не нужен. Спасибо за все. Я даже не знаю, что еще сказать.

– Пожалуйста. Только он теперь твой навсегда. Алатырь Евы. Пусть охраняет тебя от всякой нечисти.

– Данила…

– Лучше молчи, – улыбнулся он. – Я тоже прощаться не люблю. Такая тоска накатывает, скажешь лишнее – потом жалеть будешь. Зачем тебе еще один псих в твоей жизни?

– Ты не псих! Ты… очень дорог мне. Скажи, это правда?.. Ну что ты взломал чьи-то данные и просил выкуп?

Его левая щека заметно дергается, ему точно не хочется это обсуждать, но он все-таки отвечает:

– Да, я хотел оплатить лечение девушки, которую любил. У нее нашли лейкоз. По крайней мере, она мне так говорила и даже показывала анализы, справки из больницы. Когда я получил деньги и перевел их на ее счет, она меня сдала. Оказалось, со здоровьем у нее все в порядке. А деньги со счета исчезли. Теперь она где-то в теплых странах, а я тут.

– Это ужасно! Почему ты не говорил в полиции, что она тебя обманула?

– Брось, я сам виноват. Виноват и в шантаже, и в своей доверчивости. Так что наказание вполне заслужил. И даже был согласен сесть в тюрьму. А вот мои работодатели очень боятся остаться без такого ценного работника, они и похлопотали, чтобы я отлежался здесь. Обещают помочь, а там кто знает, как оно сложится. Я ко всему готов.

– Ты же не пытался ее задушить?

– И про это ты знаешь? – чуть улыбается Данила. – Да, она так и сказала полиции, когда сдала меня. Чтобы наверняка упечь надолго. Ну был рад тебя видеть. Выглядишь отлично. Свобода тебе к лицу.

Он берет мою ладонь, кладет в нее Алатырь, встает и идет к больнице. Мне хочется догнать его, вцепиться руками в плечи, ощутить его губы на своих губах. От этой картинки у меня перед глазами все плывет, так сильно я хочу быть с ним.

Не выдерживаю и окликаю его:

– Мы будем приезжать, я навещу тебя, хорошо? Ты же будешь тут?

– Честно, не знаю, – пожимает он плечами. – Если ты будешь искать меня, я найдусь.

Зоя, ожидавшая меня в сквере через дорогу, вздыхает и глядит с укоризной.

– Вы просто попрощались?

– Да, просто попрощались. А что я, по-твоему, могла сделать? Он остается здесь, – отвечаю я, хотя сама чувствую на сердце не просто тоску, а непомерный груз.

Я уговариваю себя, что все будет хорошо. Приеду в нашу квартиру, выпью кофе, приму душ, и жизнь уже не будет казаться такой скверной. Я боюсь себе признаться, что свобода так же напоминает страшный сон, как и неволя первое время.