Может, это и сработало бы, если бы ты лечился и принимал таблетки. Но ты не хотел. Хотя даже я уже знаю, что лекарства пациенты с тяжелыми диагнозами зачастую пьют всю жизнь. Ты считал, что контролируешь себя, что давно перерос это, забота матери казалась тебе удушающей. Поэтому ты и уехал в Алатырь. Стал работать, пытался наладить жизнь. Не знаю, мучила ли тебя совесть за содеянное в детстве. Зная тебя, думаю, не особо. Ты решил, что имеешь право наказывать. Право вершить справедливость.

Виктор понимает, что я не собираюсь сдаваться без боя, и в ярости глядит на меня:

– Мне надоело слушать твой параноидальный бред.

– Нет уж, послушай. Когда Саша первый раз попала в подвал, то поняла, с кем имеет дело. Она ушла, оставив тебе видео. Тогда она еще любила тебя и была максимально деликатна в выражениях. Она назвала твои выкрутасы «тем случаем с подвалом» и сказала, что не может мириться с той самой стороной твоей жизни. Она имела в виду не работу, а твое безумие.

Саша была почти сиротой, пьющая мать ей не интересовалась, и это сыграло тебе на руку. Ты раскаялся, каким-то образом уговорил ее вернуться. Сказал, что будешь лечиться. Если бы ей было куда пойти, думаю, она бы ушла. Но в тот момент она сломалась. Решила дать тебе шанс, ведь жить в твоей квартире было удобно. Ты давал ей чувство семьи, наверняка говорил, что у вас будет большой дом, где вы будете жить долго и счастливо. Но ничего не изменилось. Ты не мог контролировать свою ревность и снова наказывал ее. Тут уже я не знаю подробностей: была ли она на самом деле ветреной, давала ли мужчинам какие-то намеки, или все это было твоей фантазией. Да это и неважно.

– Так-так, даже интересно…

– В какой-то момент она решила, что больше не хочет терпеть. Может, у нее действительно кто-то появился, может, она просто решила, что пора уносить ноги. И вот тогда она написала записку, собрала вещи и сбежала. Ты нашел ее. Может, догнал на вокзале или поехал за ней. Важно то, что ты как-то привез ее на участок, подальше от посторонних глаз. Тут у вас случилась ссора и ты убил ее. Мне хотелось бы думать, что ты сделал это ненамеренно, но я не исключаю, что ты мог это планировать. Тело ты закопал под яблоней. Когда пришел в себя, понял, что надо обеспечить себе алиби. И тогда ты вспомнил про видео. Тебе нужен был тот самый «случай с подвалом». И тогда родился план с психами, которые взбунтовались и прятались в подвале. Тут я аплодирую тебе стоя. Операция требовала филигранной точности, но ты все сделал идеально. Дал им препарат, которым постоянно угрожал мне и сестре, а потом устроил там пожар, чтобы замести следы. Никто не нашел бы этот препарат у них в крови после пожара.