– Все в порядке, все в порядке, главное, ничего не случилось. Я уже испугался, что ты заблудилась в лесу, – ласково бормотал Виктор, при этом его рука незаметно больно сжала мне плечо. Тут же он печально улыбнулся Максиму:

– Спасибо, дружище, что сразу позвонил мне. Я вырубился после дежурства, просыпаюсь – Евы нет дома. Потом уже увидел, что она не принимала лекарства несколько дней. Ужасно перепугался: рядом лес, пусть и небольшой, но даже там можно заплутать. Хорошо, что она сообразила поехать к вам, когда села в такси.

– Я не принимаю никакие лекарства! – закричала я. – Максим, пожалуйста, помоги мне! Виктор не тот, за кого себя выдает, он врет!

– Ева сказала, что хотела повидаться с Эллой, – забормотал Максим. – Жаль, не застала ее, ну в следующий раз…

Максим явно испытывал неловкость от этой сцены. Виктор кивнул и с озабоченным видом обратился к нему, понизив голос:

– Не рассказывай жене, что Ева явилась к вам в пижаме, хорошо? Не хочу, чтобы еще кто-то узнал о наших проблемах. Теперь ты видишь, что все серьезно и я не преувеличивал…

– Даже преуменьшал. Я вспомнил одну нашу пациентку, помнишь, ее муж привозил? В психозе и с бредом преследования? Сорокина вроде…

– Воронина. Помню, конечно. Господи, дай мне сил…

– Все между нами. Какие вопросы… Может, выпьешь чаю?

– Нет, поедем домой. Давай, милая, поднимайся. Макс, можно я возьму какую-то кофту Эллы, а то ехать в таком виде в такси…

Максим протянул мужу серый трикотажный кардиган.

– Бери, я как раз достал эту с дальней полки. Элла даже не заметит. Пойдет?

– Отлично, потом верну. А дома мы отдохнем и Еве станет лучше. Ей вообще нужно прекращать смотреть по ночам эти дурацкие криминальные сериалы. Они слишком возбуждают психику.

– Какие еще сериалы? Я сижу днями, запертая в комнате, у меня нет…

– Да, я приковал тебя наручниками к батарее. Думаю, тебе просто нужно найти какое-то хобби. Ладно, не будем утомлять Максима, работай, дружище. И еще раз извини за вторжение.

– Пустяки! Не переживай, я могила, – шепнул Максим, глядя на меня с жалостью и сожалением. В этот момент на его лице явно читалось, как же он сочувствует другу, которому в очередной раз не повезло с женщиной.

Виктор быстро вытолкал меня на лестницу, а когда нас уже нельзя было увидеть в глазок (а я почему-то была уверена, что Максим смотрел), грубо потащил за руку вниз. Я попыталась закричать, тогда он зажал мне рот рукой и зашипел в ухо:

– Если ты сейчас не сядешь в машину максимально спокойно, клянусь, сегодня же я вколю твоей сестре такой препарат, который превратит ее в овощ. Поверь, никто не сумеет его обнаружить в крови. Да и искать никто не станет. Ты же знаешь, как часто у нас умирают пациенты. Или, может, сделаем вид, что она попыталась сбежать, а потом ее тело найдут в реке, а? И тогда ты, как ее сестра, не выдержав горя, повесишься. Никого это не удивит. После сегодняшнего концерта Максим первый подтвердит, что моя женушка давно тронулась умом.