— Денег много не бывает! — отшутился Валя и предупредил: — К часу на «Восход» подтягивайтесь, с меня простава.

— Да мы прямо сейчас начнём!

— Не упейтесь только! Я поляну накрою!

Я денег брать не захотел и напомнил Демиду, что отрабатываю должок, но тот и слушать ничего не стал.

— Не беси меня, Енот! — рыкнул в ответ раздражённо. — Эти копейки даже на проценты по твоему долгу не тянут!

Пришлось рассовать по карманам три пачки двадцатипятирублёвых купюр, тогда Демидов подозвал Поляка.

— Юра, трава есть?

— Будет, — пообещал тот и спросил у меня: — Енот, ну так что ты решил?

— Ты сейчас домой?

— Да, надо заскочить.

— Поехали, сразу и отвечу.

Первым делом я зашёл к себе, закинул в комнату деньги, поменял слишком уж тёплый для сегодняшнего дня «турик» на ветровку и спустился этажом ниже. Дверь квартиры Марченко открыла тётя Софья, которая при виде меня откровенно удивилась.

— А Зина ещё в школе, Сергей.

Ну да — время только приближалось к десяти, и я пояснил причину своего визита:

— Мне бы с Борисом Ефимовичем по работе переговорить.

Зинкин папенька оказался дома, и меня пригласили в квартиру, но я только переступил через порог и встал на коврике, разуваться и проходить в комнату не стал.

— Я по поводу пистолета, — негромко произнёс, ответив на рукопожатие дяди Бори. — Просят пятьдесят тысяч.

Борис Ефимович аж крякнул от услышанного.

— Недёшево!

— Ну или триста марок.

— Хрен редьки не слаще.

Энтузиазма круглая физиономия соседа отнюдь не излучала, и я выдал заранее обдуманную заготовку:

— Давайте пятьдесят на пятьдесят. Отдадите потом на двадцать пять тысяч меньше.

Борис Ефимович заколебался было, но моё предложение в итоге принял, и во двор я вышел с толстой пачкой разнокалиберных купюр. Такой исход беседы изрядно порадовал — газовый пистолет вполне мог пригодиться и мне самому.

Никелированный револьвер с клеймом «Rohm RG 69» оказался достаточно массивным агрегатом со стволом сантиметров в пять длиной, деревянными накладками рукоятки и барабаном на шесть патронов тридцать восьмого калибра. Или триста восьмидесятого?

Я заморачиваться на этот счёт не стал, благо Поляк обещание сдержал и помимо оружия вручил коробку зарядов с газовой начинкой. Дал и дробовые, но мне показалось разумным спрятать их в тайник у гаража, чтобы впоследствии унести в хозблок. Зарядил оружие обычными.

Весил револьвер немало и будучи засунутым в карман заметно оттянул спортивные штаны. Вшитая в пояс широкая резинка особо ситуацию не спасла, пришлось затянуть завязки.

Из гаражного кооператива я двинулся к соседнему дому и ещё не успел даже дойти до подъезда Фролова, как от него отъехала и покатила навстречу наша разъездная «буханка».