— Ха! Ты опоздал, ведьмак! — радостно оскалился гоблин.
Вот по этому оскалу он и получил с локтя, брыкнувшись навзничь.
— Я никогда не опаздываю, — проговорил я, подходя ближе к лежащему на плитках гоблину. — Я всегда прихожу вовремя. А ты, сукин сын, как раз поможешь мне это сделать. И покажешь дорогу к дракону!
— Дракон — это величественное существо, воплощение мощи и древней мудрости. Его чешуя переливается всеми оттенками заката, а глаза горят, как два маленьких солнца, скрытых в глубине его черепа. Когда он взмывает в небо, его крылья охватывают облака, создавая тени, которые пробегают по земле, словно темные мысли богов. Огонь его дыхания — это танец пламени и разрушения, способный превратить замки в пепел и моря в пар. Он стоит на страже неведомых сокровищ, в его жилах течет расплавленное золото, и его рык отголосок той первозданной силы, что когда-то сотворила мир, — поспешила уведомить нас Гражина.
— И эту дурочку возьмем с собой, — кивнул я в ответ.
Вытащив с черного хода обоих погорельцев, я подтолкнул гоблина к стоявшей неподалёку машине. Усадив Гражину на заднее сиденье, я сам плюхнулся на водительское и скомандовал гоблину, усевшемуся на пассажирское:
— Показывай дорогу! И не вздумай шутить — я сейчас далеко не в настроении смеяться. Каждая попытка обмануть будет стоить тебе куска нервов и части тела! Чего скалишься? Не веришь?
Хрусь!
— А-а-а-а!!! Сука-а-а!!! — таким радостным воплем ознаменовалось лицезрение сломанного указательного пальца на гоблинской руке.
— Я не сторонник пыток, но если надо… — напомнил я лишний раз и загадочно улыбнулся.
— Не надо, я всё покажу. Всё покажу…
— Вот давно бы так, — покачал я головой. — И чего сразу нельзя отвечать по-доброму?
Гоблин глухо что-то буркнул. То ли проворчал проклятье, то ли снова уведомил мир о мерзости москалей, а ведьмаков в частности.
— Говоришь, нам в сторону Марловых Вар? Направо?
Получив утвердительный кивок, я вывел машину со двора и повел дальше в ту сторону, куда полетел дракон.
Старенькая «Шкода» выглядела так, словно её собрали из запчастей, найденных на свалке. Дизайн был явно вдохновлен больной лягушкой, только с угловатыми формами и обилием хрома. Двигатель сразу загудел, как старый трактор, и едва потянул машину вверх по пологому склону.
Салон напоминал кабину танка — жесткие сиденья, бесполезные рычаги и кнопки, которые когда-то играли свою роль в управлении, но сейчас были только элементами декора. Руль настолько тяжелый, что для поворота на 90 градусов требовалось приложить усилие, сравнимое с жимом штанги.