Мерные взмахи крыльев несли нас над землей. Далекое солнце готовилось погрузиться в сон.
Весь полет занял не более двадцати минут и за это время я успел основательно приготовиться. Пришлось даже наложить личину, чтобы не показывать проступившие черные вены на лице, залившую белки черную краску, выросшие когти на руках.
Да уж, без личины меня любой не хотел бы встретить в подворотне темной ночью.
Сейчас я был уже не подобием аристократа, который владел деревнями и мог управлять людьми. Сейчас я стал хищником! Тем самым существом, из-за которого ко мне прилипла кличка «Зверь».
Сила гуляла по телу. В жилах плавился каучук! По венам пробегал огонь! Артерии гнали напалм!
— Мы почти прилетели! — снова повернулась ко мне голова ветряницы. — Тебя не укачало, ведьмачок?
Я мог прямо сейчас за один стук сердца свернуть шею ветрянице, но пока что она была нужна Радибору. Возможно потом, когда всё закончится…
— Не дождешься, красотуля! — рыкнул я в ответ. — Я бы ещё часика полтора полетал. Надо было сразу сюда на Радиборе мчаться, а не в корзинке того зеленокожего лопуха!
— Он не лопух! — прошипела ветряница. — И ты скоро ответишь за свои слова, ведьмак! Ты за всё ответишь!
— Да жду не дождусь! — крикнул я.
В этот момент дракон начал снижаться.
— И что же ты тут приготовил? — спросил я, соскользнув с чешуйчатой спины.
Следом за мной скользнула Гражина, и как истинный джентльмен я должен был её поймать…
Вот только я себя к истинным джентльменам никогда не причислял, поэтому даже не дернулся в её сторону, чтобы подхватить или другим способом облегчить спуск. Впрочем, чуточку подосрал, послав небольшое движение землей под ступающую ногу. Знак был невидим, но мелкая площадка образовалась на доли секунды, а когда ступня расслабилась, то тут же убрал.
— Ай! — не удержалась от взвизгивания Гражина.
Она едва не шлепнулась на задницу, а я сдержал ухмылку. Конечно, детская шалость, но на душе как-то приятнее стало.
Гражина поджала губы, выпрямилась и одернула одежду, резким движением выразив своё презрение по отношению ко мне. Ну пусть, пусть… Мне только за радость видеть недовольство недруга.
Сам же Радибор начал превращение обратно. То есть всё то самое оборотничество, что было прежде, но на этот раз наоборот. Даже тот же самый балахон монаха сформировался с капюшоном. Но на этот раз я понял, что это за одеяние — так он скрывал крылья.
Весьма удобно и практично: захотел постираться — влез в ванну и заодно помылся.
— Проходить будем здесь, — Радибор кивнул на узкое ущелье между скалами. — Думаю, что пани Гражина поможет нам с этим этапом соревнования.