Я даже невольно прислушался — о чем это Чопля задвигает пацану? А у Петьки уже глаза на лоб полезли — так моя служанка за короткое время вынесла мозг пацану.

Может спасти его? Переключить на другое? Впрочем, мы уже почти пришли. Пусть теперь его реабилитацией занимается Тисвиса. Может быть даже догадаются — куда сестренка пацана испарилась.

— А вот моя Машка нашла бы сворованное мясо, — убежденно ответил мальчик. — Она всегда находила пропавшие вещи. Ещё и погоду могла предсказать…

Вот это новости! Я так резко остановился, что мальчик, шедший за мной едва ли не по пятам, ударился об мою спину. Я развернулся и присел возле него так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

Петр было отшатнулся, но я мягко улыбнулся и протянул руку:

— Не бойся. Я просто сам по себе такой резкий…

— Ага, сам дерзкий, как пуля резкий, и номер на авто с регионом зверским, — не смогла удержаться Чопля.

— Всё так говоришь, — хмыкнул я и подмигнул мальчику. — Но ты же смелый, ты же не боишься?

— Нет, конечно не боюсь. Я и Бабайку ночью не испугался. Правда, он потом оказался нашим соседом, но я всё равно не испугался, — горделиво выпятил цыплячью грудь Петька.

— Тогда держи руку, смелый парень! — я двинул ладонь чуть дальше, пожал маленькую ладошку, чуть задержал пальцы. — У тебя и рукопожатие твердое. Скажи, а что там твоя сестренка находила? Как это происходило? Она просто догадывалась или…

— Она как бы видела к-контуры вещи, — ответил Петька. — Мы дома прятали её м-медвежонка Серёжку везде, где только могли, а она в-всегда его находила. Даже п-полицейские пару раз спрашивали Машку про то, чтобы н-найти украденное. И она в-всегда находила. У нас в деревне даже никто не ворует после того, как она нашла украденный кошелек у Максима Кротова. Её под Новый год даже п-показывали по телевизору. Она ещё про то, что давно ищут, говорила. Про какой-то старинный меч… Эскалибр… Эблралибр… Баралгин? В общем, им в древности какой-то король владел. Говорила, что может его разыскать. А п-потом появился Б-бабайка…

— Да что это за Бабайка такой? Может быть и не было никого? — спросила Чопля.

— Он был. Приходил! Мама с папой подумали на жабу, но это вовсе не жаба была! Это Бабайка — страшный человек! И пахнет гнилыми яблоками… — убежденно сказал Петька. — С такими черными глазами, большой, а вот тут… — мальчик провел рукой по моему виску. — Вот тут у него я заметил шрам в виде крестика…

Я едва не отшатнулся. Только усилием воли заставил себя удержаться на месте.

Твою же мать! Я тут голову ломаю, а решение было совсем рядом. Вот оно, хлопает глазенками и до сих пор держит ладошку в моих руках. Не отпускает.