Ну и напрасно. Чопля ещё та бомба замедленного действия…

Гражина посмотрела на меня. Снизу вверх. В её глазах я увидел недоумение. Я тоже хотел было спуститься, но Радибор покачал головой. Он кивнул на лежащую на краю обрыва палку:

— Возьми её, бывший друг!

— Зачем это? — спросил я.

— Потому что я прошу, — улыбнулся Радибор и ещё раз погладил детей по волосам. — Ты же знаешь, что я могу одним движением свернуть тонкие детские шейки? Так что лучше выполни мою просьбу, не заставляй меня нервничать.

Я хмыкнул:

— Если ты из-за того, что проиграл в водном состязании, то мне просто повезло…

— Эдгарт, я не хочу повторять дважды, — Радибор положил ладонь на голову Петьки.

Мальчик продолжал безучастно смотреть перед собой. Сверни ему сейчас Радибор голову, тот даже не поймет, что именно его убило.

— Хорошо, — пожал я плечами. — Дважды повторять не стоит, если тебя это так раздражает.

Я потянул за палку, она легко подалась и вскоре в моих руках оказалась штыковая лопата.

Хм… Лопата в руках, трое в яме… Тут аналогия очень интересная нарисовывается!

— Закапывай их, — улыбнулся Радибор и кивнул на стоящую в овраге троицу. — Ну, чего же ты медлишь? Закапывай.

— Но… господин! — неуверенно вскрикнул Микола. — Мы же тебе служили верой и правдой!

— Да, вы молодцы! Я хвалю вас и всегда вами восхищался! — ответил Радибор. — Но сейчас вы должны ещё раз послужить мне. Мой бывший друг говорит, что люди меняются… Раньше бы он закопал вас без сомнений, так что посмотрим — как изменился мой бывший друг?

Троица взглянула на меня с мольбой в глазах. Пан Гашек, который велел своей дочери добавить семена чертополоха в еду. Гоблин Микола, который переметнулся на вражескую сторону и доставил нас в ловушку, увел из-под моего носа Петьку… Ветряница Гражина, которая совсем недавно пыталась при помощи огненных големов убить меня.

Вся эта троица была достойна смерти и за гораздо меньшие преступления, но…

Я бы без малейшего колебания забрал их жизни, если бы они нападали на меня и были бы вооружены, а сейчас… Сейчас они смотрели на меня и походили на трех овец, которых привели на живодерню. И этим живодером должен стать я?

— Но господин! — воскликнул пан Гашек. — Я же сделал всё, что вы просили!

— Да, у меня к тебе нет никаких вопросов, — улыбнулся Радибор. — И твоя дочь останется жить. Да, станет сиротой, но зато сможет гулять по белу свету и рожать детей. Это ли не прекрасно? Или ты предпочитаешь поставить её на своё место? Мне не сложно, я могу и слетать. Метнусь туда-обратно и притащу вопящую и окровавленную дочь в течение получаса.