— Поразительно, — произнес он. — А теорему Энея сможешь доказать?

— Каким способом, достопочтенный? — смиренно спросил я. — Через подобие треугольников, через разбиение фигур или через синус и косинус.

— Вина налейте! — просипел ректор. — Мне это снится, господа. Он что, дополнительные материалы прочел?

— Все до единого, — кивнул я. — Их немного.

— Австралию сможешь показать на карте? — подозрительно уставился на меня жрец Сераписа. — Или хотя бы Сиракузы?

— Несите карту, — величественно сказал я, за пять минут показав на цветном полотнище вообще все, что там было. Это, кстати, несложно. Все страны подписаны.

— А что ты думаешь о притязаниях Хазаэля, царя Арам-Дамаска, на Газу? — спросил вдруг тот, кого я посчитал особистом, и все с недоумением посмотрели на него. Нас такому не учат.

— Я думаю, они беспочвенны, достойнейший, — ответил я, слегка рисуясь. — Еще царь Тутмос завоевал земли до самого Евфрата, а благочестивый ванакс Архелай, да продлится царствование его, законный наследник великого фараона. Те земли, где когда-либо ступала нога воина Вечной Автократории, являются ее землями. Навечно. И если где-то не так, то это не навсегда. Свет Маат еще воссияет над ними, я в это верю всей душой.

Прогиб засчитан, и семь челюстей, одновременно упавших на стол, стали лучшим тому подтверждением. Даже ментор, который сам намекнул, что нужно гнать высокопарную пургу, поглядывает на меня с немалым уважением. Он явно не ожидал от меня подобной прыти. Жрец Сераписа даже всхлипнул от накативших чувств.

— Это удивительно, — прошептал ректор. — Неужели мои труды наконец-то дали свои плоды. А ведь я уже совсем отчаялся.

— А ты знаешь, парень, — с противной улыбочкой спросил жрец Немезиды, — что те земли, на которых сейчас живет твое племя, тоже было когда-то частью Вечной Автократории?

— Не знаю, — совершенно искренне сказал я. — Мы такое не проходили. А когда?

— Двести пятьдесят лет назад, — поморщился префект. — Кельты стали переселяться с востока и постепенно вышибли нас оттуда.

— Так что ты думаешь об этом, Бренн? — с мерзкой усмешкой продолжил жрец.

— Я думаю, что это очень печально, достойнейшие, — аккуратно ответил я, обливаясь потом. Вдруг дело до истории дойдет, а я в ней ни бум-бум. — Если бы сейчас земли Загорья принадлежали благочестивому ванаксу, то там не лилась бы невинная кровь, а царила Маат — истина, порядок и справедливость.

Вот и все, это нокаут. Если мне прямо сейчас не дадут красный диплом, я пойду и женюсь на шлюхе из Веселого квартала, причем выберу самую старую, страшную и с наименьшим количеством зубов. Ментор застыл столбом, архиментор схватился за сердце, префект подавился вином и фыркнул так, что забрызгал бумаги на столе. И даже особист немного растерялся. Видимо, я сломал ему какой-то шаблон.