— Ах ты, неблагодарная тварь! — выдохнула она. — Как ты там сказала? «Мне бы прилечь. Я что-то неважно себя чувствую». Пожалуй, ты зажилась у меня, девочка. У меня найдется для тебя и твоего выродка другое местечко, не такое роскошное.
Ощущение абсолютной чужеродности происходящего снова накрыло меня, как только пирамида оказалась в поле зрения. Я ведь понял, зачем достаточно прагматичный товарищ Эней ухлопал столько бюджетных денег. Одно только созерцание подобного чуда говорило о величии этой страны больше, чем весь учебник истории. Смотришь и понимаешь: настоящие титаны строили, по сравнению с которыми все остальные цари — просто ничтожества. Даже мидяне со своей девяностометровой Эсагилой в Вавилоне. Да и висячие сады — вот они. Я же плыву мимо них. Остров, превращенный в гигантский дворец — это оазис изысканных развлечений и удовольствий. Нет ничего, что было бы недоступно его обитателям. Захотели тенистый садик на террасах третьего этажа — нет препятствий патриотам. Получите и распишитесь. Я даже представить себе не могу, что думают матросы из какой-нибудь балканской дыры, когда видит этакое чудо. Ведь даже меня пронимает. Разодетые в цветные тряпки стражники на стенах лениво смотрят на нас, опираясь на позолоченные… не то алебарды, не то протазаны. В общем, на что-то изящное и для настоящего боя совершенно непригодное, но зато красивое. У стражи на головах не шлемы, небольшие тюрбаны с павлиньим пером, а на плечах сверкают бахромчатые золотые эполеты. Остров, где царит непрерывное веселье. Где театральные постановки сменяются карнавалами, а карнавалы — травлей зверей или боями гладиаторов. А вот и знакомый до боли северный порт…
— Хозяин! Ну, наконец-то!
Агис сейчас совершенно не походил на самого себя, то есть на бравого отставника сорока лет от роду. Короткий армейский ежик угрожающе вырос, стремясь превратиться в неопрятное гнездо, а на подбородке — многодневная щетина, которая делала его похожим на бродягу-алкаша. Хотя судя по физиономии, он в последнее время выпивал, и много.
— Ты чего это в таком виде? — удивился. — Почему не в доме? Почему хозяйку бросил?
— Выгнали меня, — мрачно хмыкнул он. — Как старого пса выгнали. Только что пинка под зад не дали. Я даже слова не сказал. Просто ушел. Иначе мне из города за сто первый топать пришлось бы. А как бы ты новости иначе узнал? Вот, почти две недели тебя в порту караулю.
— Что случилось? — сердце как будто сжала ледяная рука. — Что с моей женой? Она же родить должна была вот-вот.
— Она и родила, — успокоил меня Агис. — Дочь у тебя, хозяин. И она, и госпожа Эпона здоровы, слава богам. Только вот на этом хорошие новости закончились. Увезли ее.