Я — кто?
Первый вопрос, который я по правилам сна проглатываю. Сейчас главное не задавать вопросы, а наслаждаться каждой секундой…
— Ну как? — девушка внимательно смотрит в глаза. Слишком внимательно. Мне сразу это не понравилось.
И вдруг передо мной яркая вспышка, как вчера я пришла до ужаса усталая домой с работы, заварила бэпэшку и рухнула спать.
В голове последние слова коллеги — “Лиза, ведь выгоришь столько работать”.
И мой ей ответ “да с сердцем в последнее время что-то нехорошо… А так — ничего, еще год такой работы и я получу повышение, а там и гляди отдохну…”
И слезы по ночам в подушку…
И как набатом:
“У меня никого нет”.
Ни отношений.
Ни мужа.
Ни самого главного счастья..
Мы восемь лет пытались зачать… И муж ушел.
Слова незнакомки заставляют меня отрешиться от мыслей:
— Вам… вам уже лучше?
Смотрю на нее, обнимаю теплого ребенка, молюсь, чтобы это ощущение не растаяло как воздушный сон. И говорю от всей души, от всего чистого сердца:
— Вы просто представить себе не можете… Как мне сейчас хорошо!
***
— Я заберу детей, чтобы они вам не мешали. Скажите, леди, это лекарство вам помогло?
Незнакомка делает выразительные глаза и смотрит на меня очень уж внимательно, совсем не по-доброму.
А я разглядываю детей.
Девочка — милая малышка с ярко-очерченными губками. Нежные щечки, забавная челка — все точно как у меня в детстве. Боже, какая же она…
Как похожа на меня!
Мм! Смотрю на нее, ком подкатывает к горлу, сердце сжимается больно-больно…
Ну надо же так фантазии разыграться? Я так часто представляла как могла выглядеть моя дочь. Фантазировала, мечтала. Даже рисовала — пробовала накидать рисунок, но… Все заканчивалось слезами. Они душили, катились по щекам градом…
На миг сладкая картинка исчезает и я вижу…
Себя.
Сверху.
Как я лежу на больничной койке и…
Пиииип…
На экране прямая полоса.
Врачи разводят руками, самый главный снимает халат.
Кардиограмма говорит одно — все пусто. Все ровно. Пациент умер.
Картинка сморщивается и я четко понимаю: все прежнее — навсегда в прошлом.
Теперь у меня другая жизнь.
***
— Мам, Нинель няню уже достала! Требует, чтобы она завязывала ей косы только как ты.
Как я…
Смотрю на лицо пацана — боже, сколько ему лет?
Как зовут?
Вот это я… Мама.
Мама…
Я Мама…
Не может быть.
Беру в легкие вдох. Я сейчас что-нибудь ему отвечу, но… Незнакомка прерывает его:
— Дай маме отдохнуть.
— Да я и так спала… слишком долго…
Мои первые слова…
Голос как будто не мой.
Незнакомый какой-то…
Слишком низкий.
Слишком глубокий.
Мальчишка смотрит на меня:
— Мам… — он берет мою руку, гладит ее и… целует.
Смотрит на меня так по-взрослому проникновенно, тяжело: