— Давай сбрызнем это дело, — Лена уже открыла бутылку «Вдова Клико». Пробка ударила в потолок. Жидкость хлынула на пол, на пуанты, на расшитую сумку «Шанель». Но никто не огорчился.

Полина сделала глоток и почувствовала, как пузырьки щекочут небо. Счастье, вот оно…

Настоящее, почти запредельное счастье. Она ведь еще такая молодая, ей всего двадцать три. А у нее уже есть все: титул лучшей в мире, много других танцевальных титулов, есть деньги, люди, которые ее любят, у нее идеальное тело и тот самый огонь в глазах, за который ее и прозвали спортивные журналисты «Фурия танца».

Она скользнула взглядом в зеркало. И невольно залюбовалась собой.

На нее смотрело лицо, которое пластические хирурги наверняка назвали бы «образцом природной эстетики», если бы Полине вздумалось к ним заглянуть. Но она всего лишь раз сделала один укол в губы и то по глупости, чтобы утешиться после расставания с хоккеистом Егоровым. Губы получились слишком пухлые, но она отрастила челку, и теперь это выглядело даже дерзко, по-рок-н-ролльному.

Глаза у нее были серо-зеленые с желтой искрой вокруг зрачка, какие бывают у рыжих кошек. Взгляд острый, нахальный, с постоянным прищуром, выражающим нахальное: «я знаю, что ты думаешь, и мне плевать». Брови вразлет - пять минут перед зеркалом каждое утро специальным гелем.

Нос чуть вздернутый, с горбинкой, которая досталась от прабабки-казачки. Скулы высокие, как у топ-модели девяностых. Подбородок волевой, с ямочкой. Ах да, еще улыбка... Та самая, которой она покоряла сердца даже сидящих далеко зрителей.

Тело… Оно заслуживало отдельных восторгов. При росте 172 сантиметра, она весила 48 килограммов. Вообще Полина не взвешивалась уже полгода - она чувствовала каждую кость и каждую мышцу, что называется, нутром.

А ноги… Боже, какие у нее ноги! Идеальный выворот от бедра, тонизированные квадрицепсы, тонкие щиколотки - наследие детства в балетном классе. Икры без намека на жир. Пятки, которые она скребла пемзой каждый вечер, хотя их уже давно никто, кроме нее, не видел.

Шея лебединая. Ключицы как два ножа, выступающие под смуглой кожей. Талия - 56 сантиметров, и она могла на спор пролезть в джинсы десятилетней девочки.

У нее было тело балерины, сбежавшей в бальные танцы. Тело статуэтки. Тело, которое накачивали массажисты, растягивали тренеры, ласкали любовники - но которое она никогда никому не отдавала целиком. Полностью отдавалась только на паркете в танце.

Вокруг нее суетилась команда. Полина любила это слово. Оно создавало иллюзию плеча, иллюзию, что она не одна.