— Хочешь победы в Лозанне? Тогда не экономь на упаковке!
И Серж не разочаровал…
Золотая статуэтка «Танцевальный Оскар» - увесистых три килограмма двадцать граммов, покрытие родием, сверкала в ее левой руке. Правая была поднята в победном жесте, который она отрепетировала перед зеркалом сто с лишним раз. И все равно сейчас все получалось спонтанно, естественно, как будто и не было никаких репетиций.
— Полина! Сюда! Повернитесь сюда! Улыбнитесь! Блеск!
— Полина, скажите пару слов для первого канала!
— Полина, поделитесь, каков он - вкус победы?
Вкус победы, — подумала она, скрывая усмешку. — Это чтоб вы знали, паштет из гусиной печени с трюфелем и шампанское «Кристалл», заказанное в номер еще до объявления результатов. Потому что я знала, что выиграю.
Она открыто улыбнулась и послушно повернулась к главной камере - той, что транслировала на сто двадцать стран. Секундное замешательство, и с ее губ слетело:
— Это был самый трудный сезон в моей жизни. Но я шла к этому с детства. Спасибо всем, кто верил в меня. Спасибо маме, папе, спасибо моей команде. И спасибо моему продюсеру Сержу, который сказал: Полина, если выиграешь Лозанну, я подарю тебе остров.
Зал засмеялся, оценив шутку. Продюсер Сергей – импозантный, загорелый, с седыми висками, в белом смокинге, похожий на отощавшего Деда Мороза - театрально развел руками: мол, никому ничего не обещал.
Конечно, Полина знала: остров она не получит, да он ей и не нужен был. Что там делать, на этом острове? Танцевать с медузами? Ну уж нет, она слишком любила публику, азарт, восторг, переходящий в поклонение... Но «Майбах» она получит точно, Серж слово держал.
Час спустя за кулисами пахло потом, лаком для волос и дорогим шампанским.
Полина сидела в своем персональном уголке - огороженном черными шторами пятачке, а гримерный стол ломился от букетов. Белые розы от президента танцевального союза. Бордовые орхидеи от спонсора «Русские сезоны». Огромный, нелепый подсолнух от бывшего партнера Артура, с которым она разорвала дуэт два года назад. К подсолнуху была приколота записка: «Ты все еще лучшая. Скучаю. Арт.»
Полина усмехнулась и отправила подсолнух в корзину для мусора. Артур скучал только по ее медийности.
— Полли, ты просто богиня! — ворвалась подруга Лена, высокая худая брюнетка, их хореограф постановщик. — Ты порвала эту Лозанну. Порвала! Швейцарцы плакали, я сама видела!
Они обнялись. Лена пахла «Гуччи Уфорией» - духами, которые Полина подарила ей на прошлый день рождения. Лена была хорошим хореографом, а что гораздо важнее - преданной подругой. Она никогда не обсуждала Полину за ее спиной, не распускала сплетен – по крайней мере Полина ни о чем таком не слышала.