— Послушайте… — хрипло выдавила я, прекрасно понимая всю комичность попыток вести переговоры в моём нынешнем положении.
Эльф не отреагировал на мой хрип. Пальцы сжались точнее, без злости и лишнего движения, перекрывая дыхание так уверенно, будто это было давно отработанное действие. Воздух не проходил; в ушах загудело, перед глазами поплыли тёмные пятна. Я царапнула его предплечье, попыталась упереться ногой в пол, но силы уходили слишком быстро. С безумцем ещё можно было бы говорить, кричать, спорить. С этим холодным, выученным автоматизмом разговаривать было не с кем.
Нас спасло не милосердие и не мой талант переговорщика, а обычная физиология. В тот миг, когда комната почти погрузилась во тьму, эльф внезапно покачнулся. На его лице проступила короткая судорога боли: рывок сорвал свежие швы, и тёплая кровь снова проступила под повязкой. Измученное тело наконец предъявило счёт за кровопотерю, лихорадку и слишком резкое движение. Мужчина попытался удержаться на ногах, но сделал лишь тяжёлый шаг назад, шумно выдохнул и рухнул на колени, снова проваливаясь в беспамятство.
В кабинете мгновенно воцарилась прежняя тишина, прерываемая лишь моим свистящим, судорожным дыханием. Опустившись на пол, я несколько минут просто прижимала ладонь к шее, где уже отчётливо проступали багровые следы чужих пальцев.
— Потрясающе, — прохрипела я, морщась от резкой боли в горле. — Пациент очнулся, попытался убить лечащего специалиста и снова потерял сознание. Отличная динамика выздоровления.
Я подняла взгляд на эльфа. Он неподвижно лежал на полу, будто последних минут вовсе не существовало. Будто не пытался меня убить. Посмотрев на это безмятежное серое лицо, я негромко озвучила пустому кабинету очевидное: — Надо было оставить вас в лесу.
И всё же я знала: не оставила бы. Даже теперь, сидя на полу с горящей шеей и дрожащими руками, я ненавидела эту правду почти так же сильно, как собственную профессиональную совесть. За окном просыпался Вальгард. На углу скоро откроется булочная Одо, в порту заскрипят блоки, рыбаки поведут лодки к серой воде, а Рута начнёт собирать по переулкам свежие городские сплетни.
От мысли о лавине слухов, которая накроет город уже через несколько часов, у меня внутри всё сжалось. Вальгард не прощал тайн. На этих узких улочках невозможно спрятать раненого тёмного эльфа, особенно если его уже видели Бренна и Ранек. Мне придётся объяснять соседям, страже и, вероятно, Вальтеру, откуда в доме Марвы взялся истекающий кровью чужак, пока город будет со страхом и удовольствием перемывать мне кости.