Глава 4
Страница 8 из 33
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 4

Страница 8

Глава 4

Потянулись долгие, изнуряющие дни походной рутины. На следующее утро между профессором и студенткой снова выросла привычная субординация. Настя, испытывая лёгкую неловкость после той полуночной болтливости, честно постаралась выкинуть лишнее из головы. Она упрямо загружала себя работой на раскопе, возвращаясь в лагерь одной из последних. Её принципы и привычка держать дистанцию работали без сбоев. Но всё же, когда на общих обедах за столом раздавался глубокий голос Новикова, она ловила себя на том, что прислушивается к его замечаниям внимательнее, чем к словам Петра Алексеевича. Ей, как отличнице, был глубоко интересен этот умный, сложный мужчина, хотя между ними по-прежнему стояла невидимая стена.

Сергей Степанович возвращался мысленно к той субботней ночи постоянно, хотя и пытался убедить себя, что это минутная слабость. Он ловил себя на том, что его взгляд в течение дня раз за разом, вопреки логике, безошибочно выхватывает среди десятков студентов на раскопе Настину светлую косынку. Оправдывая себя чисто научным интересом, он стал чаще подходить именно к её сектору — подсказать, направить, проверить глубину зачистки. Иногда он слишком долго задерживался, глядя на её полевой дневник. Он жестко держал сухую профессорскую маску, ещё не подозревая, что это наваждение копится внутри него и рано или поздно потребует выхода.

Вечерний лагерь уже вовсю гудел у костра, а в штабной палатке Настя Журавлёва вела свою тихую войну. Час назад Петров, неловко повернувшись с кружкой чая, залил её трёхдневный чистовик нивелировочного плана дальнего шурфа. Миллиметровка размокла, черная тушь из рапидографа поплыла грязными разводами, уничтожив половину отметок. Для отличницы Журавлёвой это был крах. Она не стала устраивать скандал и жаловаться Петру Алексеевичу. Она просто опустила брезентовый полог штаба, отрезая себя от лагерного гула, зажгла тусклый аккумуляторный фонарь, разложила чистый лист миллиметровки и пыталась по памяти, сверяясь со слепыми походными черновиками, восстановить профиль стенки раскопа. Работа шла туго, цифры не сходились, и от бессилия у Насти горели щёки.Полог палатки тихо колыхнулся, впуская внутрь прохладный ночной воздух. Настя вздрогнула и резко вскинула голову.В штаб вошёл Сергей Степанович. Профессор молча оценил масштаб катастрофы на столе, бросил взгляд на её сердитое, запылённое лицо с упрямо сжатыми губами и всё понял без лишних слов.

— Подвиньтесь, Настасья, — негромко, будничным тоном произнёс он, придвигая к столу второй раскладной стул.В тесном пространстве штаба сразу стало удушающе мало места.

назадназад
1 ... 6 7 8 9 10 ... 33
впередвперед