Глава 14
Страница 27 из 38
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 14

Страница 27

Сергей Степанович вел семинар спокойно, но Настя видела: его взгляд раз за разом, почти механически, возвращается к её парте. Он ждал её руку. Он ведь прекрасно знал от Петра Алексеевича, что Журавлева — круглая отличница, да и сам на раскопе убедился, насколько она умна. Профессор слушал ленивые, путаные ответы Корнеева и Юльки, кивал, делал пометки в журнале, но всё его внимание было приковано к молчащей Насте. Это было безмолвное противостояние: он ждал её включения, а она упрямо держала оборону. Прошло пол-семинара. Группа выдохлась отвечать больше никто не хотел.

— Ну что ж, раз вопросов по хронологии больше нет, давайте перейдем к следующему разделу — типологии погребального обряда, — Сергей Степанович потянулся к журналу, чтобы перевернуть страницу.

И вот тут Настя не выдержала. Её академическая въедливость и нежелание отпускать тему, в которой она нашла нестыковку, победили страх.

— Сергей Степанович, — Настя не подняла руку, она просто заговорила — громко, четко, заставив всю аудиторию повернуться к ней. — По поводу городищ. Вы ссылаетесь на классическую датировку Седова, но в вестнике Института археологии за прошлый год вышла статья с радиоуглеродным анализом угольков из нижнего слоя. Там даты сдвигаются почти на полвека назад. А значит, ваша схема развития оборонительных валов не сходится с их реальным сожжением.Сергей Степанович замер. Его рука с ручкой так и осталась над журналом. На долю секунды на его строгом лице промелькнуло чистейшее, мальчишеское восхищение — она не просто вычитала где-то свежую статью, она мгновенно применила её против его лекционного материала.

Профессор отложил ручку, откинулся на спинку стула и слегка прищурился. Лед между ними мгновенно испарился, уступив место азарту.

— Анастасия, вы забываете одну деталь, — его голос стал глубже, он легко и с явным удовольствием включился в этот поединок. — Радиоуглеродный метод по уголькам часто дает погрешность из-за эффекта «старого дерева». Сосна, из которой построили этот вал, могла расти сто лет до того, как её срубили и сожгли. Так что Седов по-прежнему прав. Что скажете на это?

— А то, что там анализировали не бревна, а зерна обгоревшей пшеницы из амбара! — парировала Настя, подавшись вперед. — Пшеница не растет сто лет, Сергей Степанович. Она однолетняя.

По аудитории прошел легкий смешок — студенты радовались, что заучка Журавлева так лихо прижала строгого профессора. Сергей Степанович улыбнулся — едва заметно, самыми уголками губ, глядя на её раскрасневшееся лицо и горящие глаза. Он встал, подошел к доске, взял мел и начал быстро чертить стратиграфический срез, на ходу объясняя, почему даже с учетом пшеницы её теория хронологически уязвима. Он разгромил её аргумент профессионально, легко и изящно, разложив всё по полочкам. Настя слушала, прикусив губу. Она проиграла этот спор, но внутри неё сладко и испуганно заныло сердце. Это было потрясающе. Это было только начало. Со следующей недели их тайная игра заработала на полную мощность.

назадназад
1 ... 25 26 27 28 29 ... 38
впередвперед