Вспомнился рассказ Лидии о том, как их гнали из Таджикистана. Сжались кулаки. Скоро в Грозном начнется мясорубка, маховик уже набрал обороты, поезд понесся с горы. Многие погибнут. Сотни молодых парней немногим старше меня найдут там свою смерть, чтобы потом случился позорный Хасавьюрт.

В книгах подобные мне летят в Москву, разводят активную деятельность, в результате наши войска победоносно входят в Грозный без единой смерти, а их встречают чеченские женщины с розами в руках.

В реальности на меня посмотрят, как на блаженного — и это в лучшем случае. Моя суггестия не сработает на генералах и тех, кто принимает решения — там сплошь гнилушки или что похуже. Да и простому офицеру скажи, что его ждет в Грозном — подумает, свихнулся пацан. Тем более я знал немного больше. Чего не знал, о том догадывался — ничего у меня не получилось бы. Не дали бы.

Толку потрошить рыбу, когда она давно сгнила?

Но прямо сейчас я каждой клеточкой ощущал: нужно что-то сделать. Как-то остановить бойню. Но как? У меня нет отца-генерала или даже полковника, я — парень из бедной семьи приморского городка. Территориальный инстинкт — один из базовых, и на нем проще всего сыграть. «Злые русские (немцы, французы) захватили нашу землю. Давайте выгоним их и как заживем!» — универсальный безотказный рецепт. А когда просыпается мозг рептилии, человек засыпает.

По спине пробежал холодок от понимания, что в октябре и моя страна стояла на пороге гражданской войны. Она могла рассыпаться на десятки осколков, увязнуть в междоусобицах, ведь местные царьки отлично понимали, что выгоднее грабить единолично, ни с кем не делясь.

Зло нарезая яйцо — видимо, для подкормки цыплят — бабушка говорила:

— Хочется поехать туда ваххабитов стрелять. Что творят, а?

На языке вертелось, что это только начало, грядет кровопролитие… А вдруг уже не грядет? Вдруг в моих силах это изменить? Но как?

В Чечню ехать, в паучье логово? Бред.

Попытаться что-то внушить кому-то из руководства? Кто меня послушает? Нет, кто меня подпустит к этим людям? И там не один человек принимает решение, а целый легион организмов, гниющих заживо. И они не хотят победы в Чечне, иначе действовали бы по-другому.

Одно дело — предотвратить трагедию в Беслане, когда точно известны время и дата, другое — остановить поезд, несущийся в бездну на всех парах…

И все-таки надо подумать, что можно сделать для минимализации потерь. Благо до осени время есть, а у меня в голове остались кое-какие знания меня-взрослого, и от них оторопь брала.

Только в книгах люди с послезнанием способны переломить хребет естественному ходу событий. В реальности все не так. Потому что события — не случайные стечения обстоятельств, а нечто, имеющее под собой фундамент, формировавшийся годами.