Я смотрел на своих бойцов и думал, как же тренировки повлияли на ребят! Они подтянулись, спины держали ровно, появилась уверенность во взгляде. А ведь в прошлом году это были аутсайдеры, с которыми никто не считался, и дворовая шпана загнала их под плинтус!

Как и в прошлый раз, мы зашли на спортплощадку со стороны виноградников — типа не хотели, чтобы нас видели москвичи. Но по спортплощадке уже бродили толпы. Завидев нас, гости рассредоточились. Кто в кустах сирени засел, кто — спрятался за забором.

Только один парень двинулся к нам разболтанной походкой, с ним еще двое. Это был Чума. Видимо, он решил выпендриться перед своими, показать, что с крутыми бойцами дружбу водит. Пара парней остановилась метрах в пяти от нас, Юрка направился к нам, сверкая брекетами. Пожал руку Наге с таким видом, будто это его лучший друг. Вторым осчастливил Тимофея, а сам на москвичей поглядывает, хвост пистолетом, грудь колесом.

— Харэ понтоваться, — пресек я его попытки самоутвердиться. — Дрэк наорет. Все завтра.

— Иди, не мешай, а? — Нага так на него посмотрел, что Чума попятился, а сам бодро и самоуверенно заявил:

— До завтра, пацаны!

Гаечка покрутила пальцем у виска и шепнула:

— Вот дебил! — И посмотрела на меня жалобно. — Поговори с ним, чтобы не лез.

— Поговорю, — пообещал я. — Он нам нужен, а мы нужны ему.

— Я против Чумы в клубе, — прошипела Гаечка. — Желтковой за глаза хватит. Одни проблемы от нее.

— Никто не собирается его звать в клуб, — успокоил их я. — Он нам бесплатную рекламу делает, неужели не понятно? Да и вообще, мне нравится, каким он стал. Да, есть неприятные моменты, но был ведь вообще конченным.

— Чума здорово изменился, — сказал Кабанов. — Его прям не узнать. Но в клубе ему не место.

После Желтковой они боялись, что я возьму еще кого-то, кто сильно недотягивает.

— Народ, было голосование. Большинство проголосовало «за» Желткову, все честно, никаких подтасовок. Я сам против Чумакова в клубе, и на базе его не будет. Но если захочет заниматься и соответствовать нашим требованиям, то останется на общих основаниях.

— Давайте заниматься. Строимся! — распорядился Нага Амзатович.

Младшие москвичи так обнаглели, что столпились при входе на площадку и в открытую глазели. Поначалу это напрягало, но постепенно я отпустил ситуацию и на зрителей больше не смотрел.

Выпад — шумный выдох, удар-удар — выдох. Мах — выдох. Элементарные движения на счет, но как же слаженно смотрится! Точно тренировка ниндзя-космодесантников. Я представил себя на месте гостей, заинтригованным, подогретым фильмами о героях-каратистах. Хотелось бы мне оказаться среди ребят, которые занимаются на спортплощадке опасными и запрещенными боевыми искусствами?