— Пойдем купаться! — предложил Боря.

Почему бы и нет? В конце концов, должен же у меня быть выходной!

Мы заглянули к Илье, и вместе с ним и Яном пошли на море, захватив Навуходоносора — Борин надувной матрас.

— А давайте — на дичку? — предложил я.

— Там заход совсем плохой, — возразил Илья.

— Зато канализация в море не впадает, — парировал я.

— А у нас впадает? — вытаращил глаза Ян. — И где она там?

— В середине пляжа. Все гадят в ручеек, он несет воды в море, — объяснил я. — Потому в августе там так воняет.

— Офигеть, — выдохнул Ян. — Да, пойдем на дичку, неохота в таком купаться. А чего ты сразу не сказал?

— Сегодня только узнал. А раньше думал — неправда, — пожал плечами я.

Прибрежная полоса в окрестностях Николаевки делилась на два полукруглых залива мысом и холмом, где находился дом Лихолетовой и Райко. Оба пляжа считались дикими. Спасатели нигде не работали, буйков не было, но люди предпочитали купаться, где рыбацкий причал, потому что там удобнее заход. На другом пляже, том, что напротив платана за пустырем и на который я имел виды, на поверхность выходила скальная порода, похожая на гребни драконов, колючие и скользкие, и войти в воду можно было не везде, и только если по воде заползать на животе.

Мне интересно было представить, как там облагородить берег и возможно ли это в принципе.

Пустырь представлял собой каменистый участок, заваленный мусором, поросший бурьяном и чахлым терновником. Местные особо не утруждались и сбрасывали мусор в огромную воронку, оставшуюся со времен войны. Причем привозили сюда его грузовиками. Весной и осенью воронка наполнялась водой, которая превращалась в мутную черную жижу, где квакали лягушки. Летом болотце пересыхало, а лягушки мутировали и уходили в общежитие, где вливались в ряды местных алкашей, не вызывая подозрений. Единственное, что скрадывало замусоренность — заросли хвоща в человеческий рост. Ну и растительность вдоль речки была живописной.

Трудно представить тут элитный коттеджный поселок. В этой реальности облагораживать место предстоит мне. Я рассчитывал заполучить участки на другом конце пустыря, почти четверть площади. Здесь будет чужая земля, и разводить активность нельзя, значит, въезд в гостиницу поначалу будет с той стороны, чтобы отдыхающие не видели этого раздрая.

Речка вывела нас к морю, Боря, Илья и Ян разделись и ломанулись в воду, я подал им матрас, на который они взгромоздились и поплыли, а сам прошелся вдоль берега, вошел по колено в воду, представил песок. Цвет воды изменится с сероватого на лазурный.

Тут довольно плавный заход, и, если появится песок, место будет пользоваться популярностью у мамочек с детьми. Вот там, где обрыв, можно сделать подпорную стену, на краю поставить кафешку. Красиво будет! Золотой песочек, зонтики, шезлонги и обязательно — свободная полоса пляжа для тех, у кого нет возможности заплатить за шезлонг. Думаю, в выходные весь город будет здесь. Обязательно найму охранников, чтобы гоняли тех, кто нарушает правила. А правила — никаких магнитофонов, алкоголя и сигарет.