Не вышло славы. Проталкиваясь к Збелу, Балабол запнулся о труп, едва не упал, а как поднял глаза — нет уже Баралира. Хрипит на земле, зажимая горло, а меж пальцев хлещет кровь.

А варвар в дорогой чешуе рубится с Пором.

Именно рубится, размашисто. Сражение тянулось уже час или даже больше. Самые выносливые выбились из сил. Уже не видать выучки, когда сотни людей действуют, как одно живое существо. Свалка, каша.

— Пор, я иду! — закричал Балабол.

— Суку чалас! — на Гнея налетел очередной варвар и так борзо насел, что Балабол только каким-то чудом не забежал на ладью Харона.

Ему прилетело по шлему.

— Держись, Гней!

Балабол не разобрал, кто рванул ему на помощь. Пятясь, споткнулся о труп и упал, а перед шустрым варваром оказался Корнелий Диоген. В солдатской выучке бывший либрарий никогда не числился среди первых. Хват отбил его неловкий выпад, рубанул в ответ.

У Диогена маники не было.

А теперь не стало и руки.

Корнелий покачнулся, удивлённо уставился на обрубок.

Двое легионеров из другого контуберния насели на варвара. Диоген рухнул на колени. Он по-прежнему даже не кричал, только глаза распахнуты в ужасе. К нему подскочил Авл Назика, на ходу отпарывая мечом полосу от туники.

— Дегжись, Луций. Сейчас пегетядеб.

Балабол помотал гудящей головой. Увидел Пора. Как он падает…

— А-а-а!!!

Гней вскочил и бросился на варвара в дорогой чешуе. Тот уже бился с другим легионером, одолевал, но, как видно, всё же оказался не Марсом во плоти, или как там звать бога воинов у этих варваров. Балабол нырнул под руку товарища в длинном выпаде.

Дардиолай охнул. Клинок римлянина ударил снизу в печень, поддел чешуйки панциря. Сознание едва не погасло от боли.

Молния будто на стену налетел. Открылся на мгновение и в следующий миг ещё один меч ударил его в левый бок, вошёл между рёбер, под сердце.

— Збел! — кричал Хват, — Збел!

«Котис? Жив ещё. Хорошо. Это хорошо…»

Мир полетел кувырком.

Диурпаней мрачно смотрел, как падают одно за другим знамена с волками-драконами. «Сыны Героса» дрались уже в кольце врагов. Их число стремительно сокращалось. Знамя драгоны всё ещё развевалось в центре, но на флангах римляне окончательно сломили сопротивление даков и довершали окружение уже не только бойцов Дардиолая, но и всего войска.

Царь повернулся к тарабостам. Вежина посмотрел на него и сплюнул.

— Похоже, это всё, — спокойным голосом сказал Сабитуй.

Диурпаней перевёл взгляд с царя костобоков на других воинов.

— Я буду счастлив войти в чертоги Залмоксиса с такой славной дружиной!

Он вытянул меч из ножен.

— Смотри, царь! — раздался чей-то крик сзади.