А здесь все эти сильно революционные хрены оказались по очень простой причине: в Чили MIR запретили после похищения правого журналиста, а заодно разгромили тренировочные лагеря на юге страны, в провинции Вальдивия. И куды бедному радикалу податься? А ведь предупреждал Вася Баутисту, когда был в Чили, пытался вправить мозги…

Внутри барака, чинно рассевшись по лавкам, глазели на стол в центре большой комнаты человек тридцать. За столом важно сидели трое, по их команде из двери сбоку двое конвоиров вывели нахохленного парня, довели до скамейки у стенки и встали справа и слева.

— А-а-а, сучонок! — прошипел кто-то из зала.

— Предатель! — выплюнул второй.

— Тихо! — поднял ладонь председатель. — Соблюдайте революционную дисциплину! Заседание трибунала объявляю открытым!

Вася подивился, насколько все серьезно — трибунал, председатель, конвой, нашли даже черно-красное знамя, чтобы покрыть стол…

— Сегодня мы судим Ману, слово имеет товарищ Рауль.

Со скамеек к столу вышел студентик, которого Вася тут же окрестил «ботан», и даже не из-за круглых очков, просто есть люди, которым носить форму противопоказано. Вот и на товарище Рауле обычная «верде оливо» топорщилась в самых неожиданных местах.

— Как вы знаете, товарищи, — начал он заунывным голосом, до боли напомнившим парижского троцкиста-органчика, — по заданию э-э-э организации я устроился письмоводителем в полицейский участок. Через мои руки проходили все э-э-э документы, связанные с полицейскими э-э-э операциями.

— Дело говори! — раздался голос со скамеек.

— Я и говорю, э-э-э… о чем это я? Не сбивайте э-э-э товарищи… Так вот, Ману, — тут свидетель впервые позволил себе эмоции и сверкнул злобным взглядом в сторону подсудимого, — трижды приходил в э-э-э участок.

Названный безучастно рассматривал ногти. Несколько слушателей насупилось, несколько обрадовалось. «Хреново», — подумал Вася. — «Налицо внутренний конфликт, а дрязги нафиг не нужны.»

— В нескольких э-э-э бумагах, — продолжал нудно блеять Рауль, — упоминался информатор Ману. Я уверен, что именно он выдал нашу школу в долине Майпу.

— Ты копии с документов снял? — внезапно спросил Ману.

— Э-э-э нет, я запомнил, — заметно побледнел Рауль.

— Товарищи, это навет! Все знают, что моя девушка отвергла Рауля, вот он и мстит!

Последние слова Ману потонули в криках. Вася настороженно переглянулся с Габриэлем, он кивнул, и сопровождавший его милисиано после пары слов на ухо скрылся за дверью.

Вася прослушал еще парочку свидетелей, но с его точки зрения, доказательства были не ахти, тем не менее, председатель довел заседание до приговора и даже удалился с помощниками «для совещания». Сжавший зубы Ману презрительно уставился на Рауля, тот попытался пересесть подальше и вообще снял очки.