На следующий день, после инвентаризации пленных и осмотра врачом, евреи отвели в сторонку Менгеле и еще троих, оставив прочих на попечение Васи. Марк передал копии протоколов допросов, скомандовал погрузку в лайнер с эмблемами Эль Аль, при виде которых немцы аж заколдобились, и улетел.
А Вася остался ждать самолет авиакомпании «Кубана», чтобы погрузить остальных и лететь в Гавану, куда за новогодним подарком уже прибыл товарищ Кузнецов.
Больше всего возни было с охраной пленников, в первую очередь от самих себя — Вася опасался фокусов, аналогичных цианиду. Потому он несколько раз в день обходил импровизированные камеры, проверяя, не сподобились ли херры эсэсманы повеситься, утопиться в толчке, разбить голову о стену или умертвить себя иным экзотическим способом.
Че флегматично посоветовал колоть им транквилизаторы, что и сделали. Правда, Рошман, предположив, что ему делают смертельную инъекцию, буквально впал в истерику, пришлось скрутить и дать пару пощечин, что Вася выполнил со всей душой.
В самый разгар обустройства и подготовки к дальнейшей перевозке пленников, пришло срочное сообщение из штаба милисианос в Кочабамбе — большие взрывы на нефтеперерабатывающем заводе в Камири. Вася ругнулся, помянув недобрым словом латиноамериканское разгильдяйство, но следующее сообщение было категорично: диверсия.
Война с континентальной контрреволюцией выходила на новый уровень, касик полдня ломал голову, как ответить и наконец пришел за советом к старшему товарищу.
— Скажи, abuelito, вот найдем мы тех, кто приказал подорвать завод. Или даже тех, кто приказал убить тебя и меня, но убил Римака, — при воспоминании о погибшем друге касик аж заскрипел зубами. — И что с ними делать?
— Уничтожать, — отрезал Гевара.
— Но тогда чем мы отличаемся от них? Они приказывают убивать, мы приказываем убивать?
— Ты в бою убивал?
— Так то в бою! Там ты сам головой рискуешь, а тут? Чистый же терроризм получается.
Но Че отнесся к Васиным рефлексиям несколько пренебрежительно:
— Если тебя так волнуют процедуры, то есть же опыт процесса в Айкиле. Судить заочно, вынести приговор, исполнить. Если у нас на руках будут все доказательства, почему нет?
— А если не будут?
— Значит, будем искать дальше.
Вася хмыкнул и отправился в дальний угол ангара. Там он сел, привалился к стене, закрыл глаза и представил, что на Касигуаче. Сильно мешал запах авиационного керосина и смазки, но после десятка вдохов-выдохов внешние раздражители ушли на задний план и касик понемногу отрешился от суеты.
Судить. Гласно, открыто. Объявлять «иду на ты». Как грохнули Сомосу — никарагуанцы приговорили, аргентинцы исполнили, не защитил и бронированный «Мерседес».