— Негро!

— Да, команданте! — неутомимый перуанец возник перед ним будто из ниоткуда.

Ниоткуда? Или это просто кажется от утомления?

— Выставь часовых, два поста. Смена каждый час. Остальным спать

— Может, горячего сварить? — предложил лейтенант.

— Вода есть?

— Вон там ручеек бежит, нам хватит.

— Да, сварите похлебку на чорки и спать. Утром снова марш.

Пока в котле булькали картофель и раздробленное на камнях мясо, Вася из последних сил простирнул носки и разложил их сушиться на горячих камнях у импровизированного очага под навесом. Потом похлебал варева и уснул, как убитый.

Утром первым делом тщательно перебинтовал ступню, натянул сверху чистый носок и после нескольких попыток впихнул-таки ногу в ботинок. Сел плотно, не соскочит, но для гарантии Вася все равно завязал шнурки.

— Подъем, ребята.

— Дождь будет идти еще дня два, у нас тут всегда так, — обрадовал его Негро.

— Хорошо. Действуем, как договаривались — продвигаемся на соединение с Чино, по дороге ищем следы Эустакио и Катари, они должны быть рядом.

Снова тонкая цепочка тронулась в путь по мокрым скалам. Двигались медленно, переход под дождем выматывал и нес опасностей ничуть не меньше преследования — какая разница, погибнуть в бою или сорваться на камни? Мозг так и норовил из экономии отключить все лишние функции, соскользнуть в полудрему и двигать тело на автопилоте, уперев взгляд в спину впереди идущего. Встряхнув головой, касик задрал ее вверх, подставляя капающей с небес влаге, сильно потер лицо и тронулся дальше, все время взбадривая себя. Отключаться нельзя, так и влететь недолго — в пропасть или в засаду.

План, какой был план! Большой, хороший… три раза «ха»! Все то же головокружение от успехов, привыкли воевать с псевдоармией, а столкнулись с противником чуть серьезнее — и все, кранты. Так что сейчас лучше избегать столкновений, в крайнем случае придется разбить отряд на двойки-тройки с перуанцем в каждой и пробираться в селения кечуа в надежде, что своих примут. Впрочем, выходить к жилью надо все равно — за едой, за кокой, за теплом, в конце концов. Неизвестно, сколько смогут еще выдержать его люди. Или пойти в последний бой. Пусть убьют в настоящей схватке, а не шальной пулей с самолета. Вася криво усмехнулся — почему-то эта мысль обрадовала.

Дневной марш с привалами каждый час, как ни странно, прошел спокойно, вечером они снова стали лагерем, если это можно так назвать — оборванные, грязные, упрямые, верящие в своего касика. Почти на автомате организовали охранение, даже не пришлось ничего приказывать. Отдыхали, снова похлебали горячего, всего по кружке на человека. Даже от такой малости стало легче, кое-кто и разговоры завел. Нет, не об убитых, оставленных в заваленных камнями могилах по дороге, а то и брошенных в горячке боя, когда не было шансов похоронить и сил унести тело, забирали только самое ценное — часы, оружие… И не о Чино и Катари, лишь бы они были живы. Если же нет… Смерть Катари сейчас, наверное, самое худшее, что может произойти…