Ладно. Если и умеет, то согласится ли

Что-то подсказывало, что с этим вопросом стоит немного погодить. Скажем, до момента, когда меж ними установятся тёплые доверительные отношения.

— Спортивную поищи. Или ещё вот отец на рыбалку ходить любил. А выгулом собак, Мелецкий, ты и себя не прокормишь, не то, что мои долги выплачивать.

— Значит, возвращаемся с началу. Будем полагаться на магию.

Взгляд Ульяны был полон недоверия.

— Да я реально говорю, что рядом с тобой она слушается. Хочешь, покажу?

Ворох рубашек.

А эта, в шотландскую клетку, даже прикольная. Данила набросил поверх футболки.

— Идёт?

— Прям глаз не оторвать.

— Так показать?

— Ты уже всё показал и не только мне.

— Да ладно, я про магию. Сила же слушается!

— Не надо!

— Да я говорю…

— Мелецкий. Одно дело огненный столп там, на поле, и совсем другое — в моём доме. Понимаешь? На ремонт крыши меня точно не хватит.

Вот зря она. Ничего бы Данила не снёс.

— Давай сюда, — Ульяна отобрала рубашки. — Так… это шёлковая, но тебе будет великовата, пожалуй. Белые тоже ни к чему… нет, ну вот с чем ты рубашки носить собираешься? Штаны нужны.

— Так вот, — это её обидное Данила решил пропустить мимо ушей. — Повторюсь, маги очень неплохо зарабатывают.

— Это те, у которых сила есть.

— У меня есть. Сила есть. А вот справки нет, — вынужден был признать он.

Тараканова, опустившись на четвереньки, что-то выгребала с нижних полок. Надо же, какой шкаф вместительный.

— Без справки тебя не возьмут.

— Так сила ж есть!

— Сила есть, а справки нету.

— Так им сила или справка нужда?

— Им нужно соблюдение норм охраны труда и общественной безопасности. А маг без справки их нарушает. И если вдруг что… в общем, Мелецкий, без справки тебя не возьмут ни в одно более-менее приличное место.

— А в неприличное?

— А в неприличное ты и сам не захочешь. Вот, эти глянь, — она выбрала из груды вещей тряпку и встряхнула. Тряпка же превратилась чёрные штаны с белыми лампасами. — Вроде не сильно большие, но если что…

— Отвернись.

— Ещё скажи, что стесняешься, — фыркнула Ульяна, но отвернулась.

Раньше Данила не стеснялся.

Совершенно.

Раньше он бы даже и не подумал. Наоборот. Это неплохой повод, чтобы… завязать более близкие отношения.

Но не сейчас же.

У него вон ноги грязные.

И под ногтями чёрная кайма. Майка отчётливо попахивает дымом. Сам Данила — им же и болотом. Ну а про чужие штаны… в общем, по длине они вполне подходили, а с шириной надо было что-то думать.

— В целом, — Ульяна обернулась, смерив взглядом, — если резинку потуже затянуть, рубашку наверх набросить.

Данила молча набросил.