Унявшиеся за работой нервы опять расшалились, и спокойствия ради я разложила имеющиеся факты по структуре введения. Да-да, в ту самую научную работу, что подсунула мне судьба в лице Гульнары.

Итак, актуальность. Гульнара в западне, по замечанию «нетопыря» проклята и очень нуждается в помощи. Причём в скорейшей.

Проблема: проклятая ведьма не жива и не мертва, потеряла память и не знает, где находится. Плюс это осложняется вероятным появлением опаснейшей нечисти — «бабочек». И отсутствием у меня магии и возможностью защищаться самостоятельно.

Цель — собственно, найти Гульнару. Живой. А с её здоровьем справится колдовская медицина, она, поди, не чета нашей, человеческой. И вторая цель — добраться до тех, кто в теме. И, думается, это важнее и первее. И пусть брат с сестрой в две глотки кричат, что не надо никаких ведьм. Это, кстати, третья цель — понять, почему им их не надо. Лично мне ведьм очень даже надо, и побольше-побольше.

И — задачи, из цели выводимые. Тропа из писем. Рисунки. Места-маяки. «Дракон» — куда же в колдовской истории без хвостатых? — с его таинственными мотивами и загадочным даром (и сработаться с ним нужно, и чтобы не заточил во всех смыслах этого слова — тоже). И, да, «ищи ведьму на середине». Что бы это значило? Мне бы пару хороших источников информации… Даже на вредных, наглых и нелюдимых согласна — разговорю. Лишь бы были.

Расписав схемами «кто», «куда», «зачем» и «почему» треть блокнота и снова успокоившись, я сходила за чаем, вдохнула рабочей и привычной до мозга костей редакционной атмосферы, утвердилась в своём мире и вернулась в библиотеку. Отличное, кстати, место. Никто не мельтешит и не дёргает вопросами, не давит морально и не отвлекает от насущного. И холод стимулирует работать быстрее.

И, кстати, пока не забыла, о насущном… Рисунки Весты нашлись в самом нижнем ящике, под кипой выцветших газетных вырезок и чьей-то заначенной шоколадкой. Рассудив, что лишние гормоны радости и позитива лишними не бывают, я без зазрения совести распечатала шоколадку, глотнула горячего чая и внимательно рассмотрела рисунки.

После «расшифрованной» записи Ланы и во втором деле хотелось чуда, но оное решило погодить и оставило меня с носом. Рисунки оказались просто рисунками — из тех, что каждый из нас чертит между делом: «подсознательные» крестики, ромбики, треугольники и иже с ними.

На всякий случай я сфотографировала послание Весты и вернулась к аудиозаписи. Прослушала повторно, законспектировала и скопировала запись на телефон. Перечитала и решила обдумать в более тёплом месте. Здесь, в ледяном помещении без окон и солнечного света, словосочетание «древние могилы» казалось чересчур символичным. До противных мурашек.