Глава 19. Свидетель
Страница 91 из 117
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 19. Свидетель

Страница 91

— Готово, — сказал Остожин, распрямляясь и хватаясь за поясницу. — Подписывайтесь, послухи.

Ярослав подписался. Гришка, высунув язык, вывел закорючку, подумал и нарисовал рядом маленького петушка.

— Это я, — объяснил он. — Чтоб знали, что Гришка.

Остожин хмыкнул и спорить не стал.

В подклете Остожин положил на стол рядом три вещи: ночную записку, высушенную у печки, журнал Печатной палаты и лист чистой бумаги.

— Говори, как ты их сравниваешь, — сказал он. — Я запишу, потом Ярослав Мстиславич подпишется.

За свою судейскую жизнь я прочла сотни почерковедческих экспертиз и знала, на что смотрят эксперты: наклон, нажим, связность, форму отдельных букв и особые привычки, которых человек за собой не замечает и не может скрыть, даже если старается.

— Наклон вправо, сильный, и там, и тут, — диктовала я, водя пальцем по строчкам. — Буквы мелкие, неровные, будто прыгают. Буква «ж»: средняя палочка с петлёй наверху, будто узелок завязан. Смотрите, Евстигней Карпович: в записке «знает», «ж» с петлёй, и в журнале «приложена» с той же петлёй. И «к» особенная, с завитком на ножке: в записке «пока», а в журнале «Академия», завиток тот же.

Ярослав молча смотрел через моё плечо, только дышал.

Когда я закончила, Остожин дописал, перечитал и подул на чернила.

— «Сличение почерков, — прочёл он заголовок, который сам придумал, — записки ночной и журнала Печатной палаты. Признаки сходные: наклон, размер, буква "ж" с петлёй, буква "к" с завитком. Сличали Евстигней Остожин, наставник, и Агния Вешнякова, студентка. Послух Ярослав Белозёрский».

Он поднял на меня глаза из-под бровей-филинов.

— Такой бумаги в Залесском царстве ещё не бывало, Вешнякова. Ты понимаешь?

— Понимаю.

— Над ней будут смеяться.

— Пусть, — сказала я. — Посмеются, привыкнут, а потом не смогут без неё обойтись.

Ярослав взял перо и медленно, твёрдо расписался с завитушкой.

Вечером я, как было велено, пошла на доклад к Ветлугину. Он сидел за столом в своей уютной комнате с изразцовой печью и поднял голову, когда я вошла.

— Вешнякова. Докладывайте.

— Вчера на Осенинах я упала в реку с мостков у старой сушильни, Кондрат Ильич. Ярослав Белозёрский меня вытащил.

Я очень внимательно следила за его лицом. Сорок лет учат замечать то первое, мгновенное, что человек хочет спрятать, пока он не успел надеть маску. И я заметила: Ветлугин удивился по-настоящему. Брови на долю секунды дрогнули вверх, губы приоткрылись, потом лицо снова стало гладким.

— Упали, — медленно повторил он. — Сами?

— Меня столкнули, Кондрат Ильич. Человек в медвежьей маске.

назадназад
1 ... 89 90 91 92 93 ... 117
впередвперед