Дальнейший осмотр содержимого котомки сразу же отмел корыстный мотив убийства.
— Вещи на месте, да кто на них и позарится, мелкие деньги тоже… — продолжал комментировать обнаруженное в котомке по имеющейся у него привычке пристав. — Так, что тут в тряпице? Ого! Полтинник!
Какая-то добрая душа оделила Конона Матюнина сразу полтинником. Вот это было несколько выбивающимся из общей картины.
Деревенских жителей, проявляющих любопытство при осмотре места, где был найден труп, пристав отогнал в сторону. Однако, до него то и дело долетали слова о том, что лишили жизни мужика не иначе как вотяки, они бедняге и голову отрубили. Замолили, одним словом, нищего.
— Берите его и в деревню несите, нечего ему тут лежать, — распорядился Тимофеев. Настроение его никак не становилось лучше, а сейчас ещё придется и бумаги писать. Это дело тоже не относилось у пристава к особо любимым.
Только 10 мая всё необходимые документы были приставом Тимофеевым оформлены и он возбудил уголовное дело. Труп, как мы помним, Марфа обнаружила ещё пятого числа сего месяца.
Сергей же Анатольевич Светлов где-то не уберегся и тиф подхватил. Болел он тяжело, долго, происходящее вокруг его из-за хвори доктора не интересовало. Прекрасно понимал судебно-медицинский эксперт из нашего времени, что медицина тут, куда он попал, находится ещё не на самом высоком уровне, и выздоровеет ли он — это вилами по воде писано.
Глава 14 Начало расследования Тимофеева
— Вотяки, говоришь…
Пристав Тимофеев не откладывая дела в долгий ящик приступил к опросу возможных свидетелей. Начал он с крестьян из Аныка.
Первой он опрос учинил девке Марфе Головизниной, которая труп без головы на лесной тропинке нашла. Та, то краснела, то бледнела, околесицу какую-то несла. Волновалась очень — не каждый день ей приходилось с приставом беседовать.
Следующим был опрошен Куприян Головизнин — отец Марфы. Тот глаза в пол упёр, отвечал неохотно. Каждое слово приходилось из него как клещами тянуть. Мужик он был тертый и в трёх водах вареный. Прекрасно знал, что лучше молчать чем говорить. Иной раз лишнее слово скажешь и потянется веревочка… Хоть ни в чем ты и не виноват, но лучше рот на замке держать — так целее будешь.
Мать Марфы… Только зря Тимофеев на неё время потратил.
Другие опрашиваемые крестьяне ясности опять же не внесли.
Сейчас пристав проводил опрос очередного. Как там его? А — Кобылина. Вот ведь, дал Бог человеку какую фамилию…
Этот болтал без умолку, как копейки во все стороны горстями разбрасывал.
— Вотяки, это мужика уханькали… Как есть они…