А может быть, они вовсе не из-за грядущего поединка так нарядились, а в честь празднования нового князя. Магистр не разбирался в подобных тонкостях, и ему, в общем-то, было все равно.

Гвардейцы отвязали Магистра от столба. Он сделал вид, что поднимается с сырой земли с большим трудом, и тело его затекло от неудобной позы. Если ты сильный, притворись слабым. Если ты слабый, притворись сильным. Если ты Магистр, изо всех сил делай вид, что это не так.

— Чудесный день для смерти, не так ли, Андрюша?

— Запомни эту мысль, — сказал Магистр капитану гвардейцев.

На бедре у капитана висела парадная сабля в богатых, по меркам этого мира, ножнах, но, когда Магистра выводили из амбара, почти у самых дверей, капитан наклонился, вытащил из-за голенища сапога грубо сработанный нож и дважды им ударил проходящего мимо Магистра в бок.

— Князь передает привет, — сказал капитан.

Магистр покачнулся и приложил обе руки к ранам. Именно так, по его мнению, и должен был вести себя внезапно атакованный человек. Атакованный с низким коварством и предательством.

Он хотел сообщить капитану, что запомнил его, но не стал. Это выбивалось бы из образа.

Есть люди, которые считают, что, если тебя ударили молотком, не стоит винить в этом молоток. Магистр к их числу не принадлежал. Когда дело касалось лично него, он предпочитал пройтись во всей цепочке причастных — от инструмента и непосредственного исполнителя до заказчика. Если между таковыми окажется целая толпа посредников, то тем хуже для них.

В таких вопросах Магистр мог быть очень дотошен.

И капитана он таки запомнил.

Гвардейцы дернули цепь, прикрепленную к его кандалам, и потащили Магистра к месту проведения поединка. Удары ножом были не смертельны, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Они должны были лишь ослабить поединщика и помешать его концентрации.

Новый князь перестраховывался. Магистр мог его понять. У Кирилла Александровича был подходящий для правления склад ума, и, вполне возможно, что за нападением на род Пламеневых стоял именно он, а не старый хрыч, померший после первого же инцидента, который Магистр и за атаку-то не считал. В общем, в новом князе чувствовался потенциал. Магистр не любил разбрасываться ценными кадрами, и в других обстоятельствах наверняка попытался бы использовать Кирилла.

Но в этих обстоятельствах никакой князь не был ему нужен.

Регенерация взяла свое. Когда они добрались до места поединка, нанесенные ножом раны полностью исцелились, и Магистр даже легкого неудобства не испытывал, но все равно кривился при каждом шаге и держался рукой за бок.