Топь сомкнулась за нами, поглотив последние следы подвала, словно его и не было вовсе. Впереди маячила черная лодка Харона — старая, обшарпанная, утлая, но весьма крепкая, невзирая на непрезентабельный вид. Мне уже довелось в этом убедиться. На корме мерцал тусклый фонарь, отбрасывая колеблющиеся блики на мутную воду.
— А мне так в прошлый раз фонарь пожалел — не оставил! — попенял я Лодочнику.
— Садитесь, — буркнул Харон, неуклюже переступая через борт и заставляя лодку опасным образом накрениться. Ответом он меня так и не удостоил. — Только не раскачивайте!
Каин прыгнул следом, гибкий, как кошка. Я последовал за ними. Едва я переступил борт, в тот же миг лодка резко дернулась.
— Ну вот, и поехали… — проскрипел Харон, упираясь веслом в раскисший берег.
Лодка прошуршала днищем по илу и медленно поплыла вперед, рассекая зловонную гладь. Туман сомкнулся над нашими головами, и в нём замерцали бледные огоньки — то ли заблудшие души, то ли глаза неведомых тварей. Ветер принёс отдалённый стон, а следом — неясный шепот, в котором угадывались знакомые голоса.
Меня посетило ощущение, что мы не учли чего-то важного. А Харон ухмыльнулся, будто прочитав мои мысли.
— Что, сомнения гложут? — Он плюхнулся на своё законное место, смачно отхлебнув из ковша (как и когда он успел его стянуть из подвала, да еще наполнить вином, и притащить в лодку, чтобы никто не заметил, так и осталось для меня загадкой). — Поздно, друг — обратного пути нет!
Лодка резко нырнула в тень низко нависших колючих ветвей, и мир вокруг нас стремительно погрузился в туманный сумрак Стигийского болота. Остался только плеск воды, да тихий-тихий заунывный плач, доносившийся словно из ниоткуда…
[1] Сошествие Иисуса Христа в ад — догмат, исповедуемый историческими христианскими церквями (римско-католической, православными, древневосточными, восточнокатолическими) и церквями ранней протестантской реформации (лютеранской, кальвинистской, англиканской, цвинглианской), согласно которому после распятия Иисус Христос спустился в ад и, сокрушив его ворота, принёс свою евангельскую проповедь, освободил заключённые там души и вывел из ада всех ветхозаветных праведников, а также Адама и Еву. Сошествие Христа в ад входит в число Страстей Христовых. Считается, что это событие произошло во второй день пребывания Христа во гробе и вспоминается за богослужением Великой субботы.
Лодка Харона скользила по мутным водам болота, словно тень в потустороннем мире. Ветер крутил туман в спирали, из глубины доносились щелчки, шипение и звуки, похожие на скрежет костей. Каин сидел неподвижно, вглядываясь в темноту, а Харон то и дело прихлебывал вино — эта поездка, за исключением пассажиров, была для него обычной рутиной.