Фолкнер судорожно сжал рукояти перископа, ощущая холодный пот на ладонях. Его лодка патрулировала акваторию Крыма, выслеживая советские транспорты, но сейчас перед ним было нечто… невозможное.

— Mein Gott… — прошептал капитан, не поверив собственным глазам.

— Капитан… что это? — старший помощник Шульц стоял рядом, тоже бледный как мел — он уже успел взглянуть в окуляр перископа, как и другие члены команды.

Фолкнер не ответил. Его взгляд скользнул по палубе призрачного корабля — и сердце сжалось. Там двигались люди… Но это были не люди… Вернее, не совсем люди, или уже не люди…

Судно шло против ветра, но паруса его были надуты, словно подчиняясь невидимой потусторонней силе. На палубе мелькали фигуры — но не живых матросов, а… мертвецов, истлевших и иссохших до состояния скелетов. Они двигались в странном, рваном ритме, как не двигаются живые люди.

— Это… невозможно… — пробормотал капитан.

— Летучий голландец… — прошептал за его спиной кто-то из команды.

Фолькнер почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он не верил в сказки, но то, что он видел, не поддавалось обычной логике. Мертвецы (а это были они, Фолкнер прекрасно их разглядел) деловито копошились на палубе, словно муравьи в разворошенном муравейнике. Одни тянули канаты высохшими костяными пальцами, лишенными кожи, ловко ползали по реям, поправляя снасти. А в их пустых глазницах жила настоящая Тьма.

Один из них, высокий и костлявый, что стоял на капитанском мостике рядом со странным бородатым коротышкой у штурвала (пока единственным, кто больше всего был похож на живого), вдруг резко повернул голову и взглянул «пустыми» глазищами прямо в перископ, словно заглянув в самую душу Фолкнера, а затем указал рукой на расположение подводной лодки.

— Они что… нас видят⁈ — ахнул капитан, резко одернувшись от окуляра. Его сердце суматошно колотилось, едва не выскакивая из груди. Он следка сдвинулся, уступив место у перископа старшему помощнику.

— Так точно — судно меняет курс! — ошарашенно произнёс старпом, наблюдая, как «Летучий Голландец» летит к ним на всех парусах.

— Боевая тревога! — резко скомандовал капитан. — Готовить торпеды!

— Herr Kaleu, вы серьёзно? Это же…

— Я сказал — приготовиться к атаке! — рявкнул Фолькнер. — Голландец это, или нет — мы сейчас и проверим…

— Ziel erfasst (Цель обнаружена)! — Расторопная команда зарядила торпедные аппараты, и экипаж замер в ожидании дальнейших приказов капитана.

— Feuer! — Торпеда вырвалась из аппарата с глухим бульканьем и, оставляя за собой пузырчатый след, стремительно понеслась к пугающему команду паруснику.