— Я последний раз тебе говорю. Отпусти меня домой. — Малая, ты такая прикольная, — смеется Данте.
Мне страшно немного, но отец меня учил не бояться оружия. Выдыхаю громко и достаю из-за спины его пушку. Лицо Данте меняется, когда он видит это. А я его предупреждала.
Вот только я не взяла во внимание быстроту его реакции. Он моментально выбивает из моей руки оружие и отбрасывает его в сторону. От его одной руки я освободилась и делаю попытку перевернуться. Но Данте сгребает меня в охапку и ложится на меня сверху.
— Мелкая, ты чего творишь, — кричит на меня Данте. — Поранишься же. — Я умею обращаться с оружием. — Отец научил? — спрашивает Данте.
В очередной раз понимаю, что он с Гаспаром за одно. От кого он еще мог это узнать, я не слишком распространяюсь о папе.
— Так близко с Гаспаром общался? — кривляясь, спрашиваю я. — Мои кулаки с ним близко общались, — шипит Данте. — Я говорил тебе, что с ним не имею ничего общего. Почему ты мне не веришь? Тебе показать зубы, которые я ему выбил?
Мне становится не по себе. Гаспар, конечно, отвратительный, но если Данте говорит правду, она мне не нравится. Я вообще мирный человек и никогда не радуюсь дракам. Только непонятно, зачем Данте бить Гаспару лицо и выбивать ему зубы.
— Только не говори, что жалеешь его, — Данте смотрит прямо на меня, вижу, как его глаза темнеют. — Блин, Витали, ты своей башкой понимаешь, что он собирался сделать? — Я не жалею его. Просто это все неправильно.
Данте выгибает бровь в удивлении.
— Неправильно трогать такую мелкую. Вот это неправильно. Его уже нет в городе, и к тебе он не подойдет. Поняла?
Хочется верить, но просто не могу. Мне сложно довериться. Более того, я не понимаю мотивов Данте. Если совсем честно, Данте меня ни разу не трогал и больно не делал физически. Словами, конечно, задевает.
— Если ты говоришь правду, я все равно не понимаю, зачем тебе это? — честно признаюсь я. — Не если. За тем, Витали, что ты моя девушка, и я не досмотрел за тобой, а значит, не справился, но больше такого не повторится, — грозно говорит Данте.
Снова он несет этот бред про отношения, он всерьез считает, что я поверю в эту идиотскую шутку.
— Данте, я не настолько наивна, чтобы верить в это. Да и хватит шутить.
Данте громко вздыхает.
— Витали, какого хрена ты считаешь, что я шучу? Я абсолютно серьезен, — Данте злится.
Но кто в это может поверить, я видела Луиджию, она модель, красивая, а я простая. Понятное дело, что это не может быть правдой. Нет, я себя люблю, но прекрасно понимаю, что и как устроено.
— Ты правда думаешь, что я поверю в то, что это не шутка? Может, еще скажешь, ты мной заинтересован. — Наконец-то, Витали. Я охренеть как в тебе заинтересован, — Данте ставит колено между моих ног и ложится. Руками упираюсь в его каменную грудь. Чувствую его эрекцию. — Я чертовски в тебе заинтересован, и меня просто оскорбляет твое неверие. Я что, похож на конченого мудака, который будет тратить свое время на шутки? — Пусти, пожалуйста, мне очень неуютно, когда ты так лежишь, — говорю я, ерзая и стараясь выползти из-под него, но куда там, он сильный и тяжелый. — А мне охренеть как уютно. Даже просто спать с тобой рядом.