Но такой разрыв в доходах местных людей был удивителен. Я раньше думал, здесь всё не так плохо. Не сталкивался просто с аристократами…

— Боюсь, пока мне просто нечем заплатить. И я даже не представляю, когда получу выплату за службу… — признался я.

— В самом деле! Вас же без всего привезли! — понимающе, как ему казалось, кивнул лекарь. — Ну что ж, тогда будем вас выписывать. Хотя очень жаль… Но, думаю, с этим нашествием мне ещё выпадет шанс провести такие наблюдения.

Ух, как мне его в этот момент стукнуть-то захотелось… Несёт ведь, скотина, такую дичь! Ну такую дичь, что аж слов не хватает, и кулаки чешутся! И хоть я и понимал, что у него просто профессиональная деформация, но сдерживать эмоции было непросто. Пора было сворачивать общение с этим человеком и приводить нервы в порядок.

— Я распорядился принести вам новую форму. Формально вы ещё являетесь действующим военным и приписаны к сто тринадцатой заставе. Вашу карточку и копию выписки передам в приёмную. Вы сможете получить всё там, на стойке. Также вам выпишут временное удостоверение и… — лекарь на миг замолчал, всё заметнее теряя интерес к разговору, и, наконец, небрежно взмахнул рукой: — Впрочем, лучше спросите на приёмной стойке, как вам дальше действовать!.. Ну а в остальном… Поздравляю вас с успешным Боевым Рождением. И всего вам хорошего, Фёдор Андреевич. Может, ещё когда-нибудь и свидимся…

Встав со стула, он пружинистой походкой направился к выходу. Но в последний момент что-то вспомнил и, остановившись, обернулся ко мне:

— Если хотите навестить вашего командира, то советую сделать это сейчас, пока вы ещё являетесь пациентом. К сожалению, город у нас на военном положении, и просто так попасть даже в частные клиники очень сложно.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я этого противного типа. — И ещё раз спасибо за вашу помощь.

Его сиятельство кивнул и молча вышел из палаты. А я остался лежать на кровати, дожидаясь новой формы. В голове был полнейший сумбур. Что и неудивительно.

Для начала я действительно не знал, что мне делать. У меня не было денег. Вообще. То есть я вот-вот выйду из клиники в незнакомый город. И я ведь даже его название забыл спросить, так торопился распрощаться с лекарем!..

И, мало того, мне надо будет куда-то идти, чем-то питаться, где-то ночевать…

Конечно, можно было бы напрячь маму. Но чтобы с ней связаться, тоже потребовались бы какие-то деньги. Оставалось надеяться, что этот вопрос был продуман в программах помощи для свежевылупившихся двусердов.

Открылась дверь, и в палату зашла всё та же медсестра-ведьмочка. В руках у неё был бумажный пакет, в котором, видимо, лежала моя новая форма. А если судить по объёмам пакета, то озаботились даже обувью. Значит, хотя бы об этой проблеме можно было не беспокоиться.