И в таком виде я просижу столько, сколько надо!
Всё же я не только девятнадцатилетний мальчик Федя. Ещё я старый силовик, который сам такое с молодыми практиковал.
Не дождёшься, Максимиан Менеевич.
Из дневника мальчика Феди, написанного на неизвестном языке
Энергия! Вот основное отличие этого мира от прошлого. В прошлом мире всё зиждилось на электричестве. А, следовательно, ценилось то, из чего это самое электричество можно было добыть: уголь, нефть, газ, уран, солнце, ветер — всё в дело шло. Мне кажется, если бы в том мире можно было легко добыть энергию из реголита, Луну уже копали бы всем миром.
Здесь всё иначе, хотя и электричество есть, и двигатель внутреннего сгорания известен. Но самая дорогая энергия тут иная. Та, которая есть у меченых. Именно вопросами её хранения, преобразования и накопления местные учёные и озабочены. Потому что именно она дарит здешней энергетике такую фантастическую эффективность, о какой в моей прошлой жизни и мечтать не могли.
Есть, конечно, прототипы и «бестеневой» техники, которую я знал по прошлой жизни. Но это так, баловство. «Тенька» используется везде: от простейшей электроники до обычной батарейки. Она как правильная приправа: щепотка той же соли делает всю еду вкуснее. Вот и «тенька» способна превратить обычную батарейку в блок питания космического корабля.
Утрирую, конечно… Но Феде тут подарили пару лет назад радиоуправляемый автомобиль, который в первые несколько месяцев всем двором гоняли — так до сих пор батарейку менять ни разу не пришлось.
— Кхм… Угу… — старший голова Военного Приказа Соболев Максимиан Менеевич уже десять минут пытался заставить меня нервничать.
Сначала просто читал личное дело, хмуро поглядывая из-под густых бровей. Если бы я расслабленно уселся в мягкое кресло, как было предложено ранее — уже давно бы чувствовал себя не в своей тарелке, пытаясь принять вид строгой гимназистки на приёме в борделе. Вот только в мягком кресле, в котором можно утонуть, такое не получится…
Но я-то тёртый калач! Точнее, мой Андрей — тёртый калач. Он вообще-то в курсе всех этих приёмов. Плавали, знаем!
«Проходите, чувствуйте себя как дома, можно даже закурить», — сказал следователь НКВД врагу народа, направляя лампу в лицо.
Так что я сразу занял позицию не в кресле, которых перед рабочим местом его сиятельства Соболева было аж две штуки, а на одном из стульчиков, которые стояли за небольшим вытянутым столом. То есть сразу обозначил, что я тут не титулованный гость, а обычный подчинённый. Титулами Соболева не удивить — он их в детстве вместо молочной смеси жрал.