Фумеро меня не видел. В тот момент для него существовали только Каракс и его собственная окровавленная рука, сжимавшая револьвер. Одним прыжком я бросился на него. Я почувствовал, как мои ноги отрываются от земли, но не ощутил момента приземления. Все вокруг словно застыло в воздухе. Где-то вдалеке я услышал звук выстрела, негромкий, как эхо уходящей грозы. Боли не было, только вспышка перед глазами. Пуля прошла сквозь ребра, с невероятной силой отбросив меня на несколько метров в пустоту. Я не почувствовал, как рухнул на пол, мне только показалось, что стены вдруг наклонились, а потолок с бешеной скоростью стал опускаться вниз, словно торопясь раздавить меня.
Чья-то рука поддерживала мою голову, я увидел лицо Каракса, склонившееся надо мной. Теперь в моих глазах он был именно таким, каким я всегда представлял его, словно пламя пожара не уничтожило его лицо. В его взгляде читался страх, но я не понимал почему. Я видел, как он кладет руку мне на грудь, и спрашивал себя, что это за теплая жидкость стекает с его пальцев. Вдруг я ощутил страшный огонь, обжигавший меня изнутри. Я хотел закричать, но смог издать только слабый хрип, захлебнувшись теплой кровью. Рядом с собой я увидел полное раскаяния лицо Паласиоса. Я поднял глаза и наконец увидел и ее. Беа медленно шла к нам, в ее глазах плескался ужас; молча, качая головой, она дрожащими руками прикрывала рот. Я хотел отослать ее, но невыносимый холод сковал меня, постепенно разливаясь по всему телу.
За дверью, спрятавшись, стоял Фумеро. Беа не заметила его. Когда Каракс вскочил, а Беа оглянулась, дуло револьвера инспектора уже уперлось ей в лоб. Паласиос бросился к Фумеро, пытаясь остановить его, но опоздал. Хулиан Каракс уже навис над Фумеро, выкрикивая имя Беа. Комнату заполнил оглушительный звук выстрела. Пуля попала в правую руку Каракса. Секунду спустя человек без лица, словно карающий демон, обрушился на инспектора полиции. Я приподнялся и увидел, что Беа, невредимая, бежит ко мне. Невидящим взглядом я попытался найти Каракса, но его уже не было в комнате. Вместо Хулиана Каракса возникла фигура Лаина Кубера, того самого Кубера, которого я научился бояться столько лет назад, читая о нем в романах Хулиана. Когти Кубера впились в глаза Фумеро и потащили его за собой. Я видел, как содрогалось в конвульсиях тело инспектоpa, покуда Кубер безжалостно волок его к входной двери, как его колени бились о мрамор ступеней, а снег залеплял ему лицо, как безликий монстр схватил его за шею и, подняв над головой, словно тряпичную куклу, швырнул в замерзший фонтан, как рука ангела вонзилась Фумеро в грудь и пробила ее насквозь и его проклятая душа покидала это жалкое тело и черными кровавыми слезами истекала на ледяную зеркальную гладь, пока его веки вздрагивали, а истерзанные глаза стекленели, покрываясь изморозью и трескаясь, как кусочки льда.